Как я провожу ноябрь

Утра стали тонкими и стылыми, хрупкими, то ли как конец мира, то ли как начало. Кажется, вдохни лишний короткий раз, выдохни другой, и чаша хрупких осенних весов переполнится, треснет хрустальным поперечным зигзагом, вскрикнет стеклянным звоном - и тогда уж точно на мир обрушится тишина, снег, синь небес, по планете протянутся километры вьюжных полей, но хвалиться этой идеальной равниной будет некому, некому. Никого не останется на этих холодных полях, только стынь, только морозная взвесь в воздухе, только небо да зима, зима, зима.

Как я провожу ноябрь

Деревья облетели и нахохлились, стоят, неприкрытые снегом, будто кто-то злой выгнал их на мороз из бани да захлопнул дверь перед носом. У них нет лиц, но общая озадаченность чувствуется по собранности голых веток, по сумрачной скукожившейся коре, по склоненным в ожидании неизбежного верхушкам крон. Хотя какие это сейчас кроны - так, жалкий намек на недавнее багрово-рыжее осеннее величие. Все проходит, прошло и то величие, короткое, как замыкание, и такое же яркое.

Стынь, стынь идет по стране, как великая сушь у Киплинга. Правда, перемирия, пока есть мы, не будет. Ни водного, ни снежного, никакого. Маленькие злые пульсы, характерные для юного Саши Корейко, не дают нам наклонить кроны в ожидании, мы не деревья, мы придумали класть лимон в чай и, взбодрившись утренней дозой, обильно сдобренной медом, продолжаем булькать, сердиться, соперничать и взвиваться из-за любой мелочи.

Мир суетен, как молодая шлюшка под клиентом, он делает массу ненужных движений, смотрит на сумасшедшие одежды леди Гаги, ржет над отсутствием политического постоянства у Макаревича, негодует из-за пробок, дураков, коими назначает любого, кто смеет иметь иное мнение, этакое рагу, в котором всего в достатке, даже крысиный хвост - и тот положен в варево. Иной раз думаешь "Ну не может же быть, ну мне же это снится, а?" - ан нет, может, еще как может. И сны в своем подсознательном, подкорочном безумии уже не кажутся дикими. Проснись, оглянись вокруг, прочти пару новостей, обожги палец о кофейную турку - вот тебе чистое безумие, натуральный беспримесный продукт, невероятной концентрации невозможное, и все это вокруг тебя и в тебе, в тебе, не надо отмежовываться.

Как бы было хорошо, кабы была бы инструкция на все-все. Скажем, берешь книжку, а там четко расписано, как имярек должен провести ноябрь. Скажем, 12 ноября, хорошо. Встать, пойти, сказать этому - то-то, этому - вот то-то, а вот тем - такое вот. Безошибочно, логично, с минимальными рисками, ловко лавируя между людьми, мнениями и при этом с высоко поднятой головой и доминантным интеллектом.

Увы мне. Мне не написали такой инструкции, а написали бы - я тут же бы ее неправильно поняла, забыла, переврала, ведь каждый из нас читает не то, что написано, а то, что он считает нужным прочитать. В итоге как обычно, как обычно, - йогурт мог бы быть и послаще, морковь могла бы быть и пооранжевей, чай мог бы быть и понасыщенней, а дураки и дороги - не такими дурными и ухабистыми.

Почему каждый ноябрь, каждый январь, каждый июнь или сентябрь всем, включая саму себя, нужно вновь доказывать, что ты живая? Ну, написали бы в аттестате или дипломе, мол, она живая, поставили бы штамп, дали бы окончательную бумажку, броню, как того хотел профессор Преображенский, - и всё. И не надо никому ничего доказывать. Нет же. Каждый раз человек должен бежать быстрее ветра, чтобы хотя бы остаться на месте. А уж коли он хочет куда-то продвинуться - о, тут надо бежать быстрее звука, прав был Кэррол, тысячу раз прав, чертов логик, чертов литературный математик.

Я, может, не хочу бежать! Я устала. У меня тоже ноябрь, между прочим! Я тоже хочу опустить ветки. Может, я хочу, чтобы меня сковало морозом, а весной я бы воспряла духом и вновь бы возрадовалась солнцу, и вновь бы выбросила в организм эндорфины, а? Но фигу мне. У меня нет кроны и веток. У меня есть несколько важных дел, важная работа, влажная уборка и вымороченный выходной, который как будни, только дома. И дом, мой дом, глядя на меня, кажется, вот-вот сдвинет стены, как хмурят брови, и буркнет "Соберись! Удумала еще - мерехлюндии разводить! Жизнь - пошаговое вырывание себя из объятий лени. Подумаешь, ноябрь! Давай вон люстру протри да солянку приготовь. Суетись и булькай, нечего тут".

Сейчас начну суетиться и булькать, чего. Сейчас, еще чуть-чуть посижу. Я-то думала, что та песня про коммунизм, а оказывается - про любую беспартийную жизнь. И вся-то наша жизнь есть борьба, вот же черт. И нытики, ну как назло, совершенно никому не нужны.

Эх. Пойду готовить солянку. Так как-нибудь и перемогусь с этим ноябрем. Терпеть его не могу, но веток и кроны мне отрастить не удалось, так что довесенняя спячка отпадает. Заррраза.

Женя Просветова

Источник

Версия для печати

  Дата: 25 ноября 2011  |  Автор: 52  |  Просмотров: 4398

Нашли ошибку в тексте? Выделите слово с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

О сайте

На сайте публикуются материалы о истории России и мира, о проблемах общества и человека и о многом другом...

Контакты

Обратная связь

При использовании материалов сайта ссылка на russify.ru обязательна.