Ветхий Завет

В рассматриваемый в данной главе период истории книги Ветхого Завета практически приняли такой вид, какой они имеют и сегодня. Возникла и идея канона священных книг, хотя его точные границы ещё не были определены. Считается, что Пятикнижие было завершено при жизни Ездры; работы Летописца начала IV столетия до Р.Х. завершили историческую часть Писания. К IV столетию практически приняли свой окончательный вид канон пророков, а также книги Притч, Иова и Псалтирь. Ко времени Александра Великого мы можем отнести только книги Екклезиаста и Есфири, а также Песнь Песней и книгу пророка Даниила.

Вклад археологии в изучение литературы Ветхого Завета был трояким. (1) Археологические изыскания позволили обнаружить некие литературные параллели и задать исторический фон эпохи. (2) Учёные нашли в ходе раскопок разного рода письменные памятники, по которым мы можем восстановить историю еврейского языка и письменности. (3) Археологам удалось обнаружить древние библейские манускрипты, революционизировавшие библеистику.

Языческие народы этого периода не создали литературы, которую можно было бы хотя бы в малой степени уподобить историческим и пророческим писаниям Ветхого Завета. С другой стороны, исследование древней поэзии, особенно хананейских табличек из Рас-Шамры, внесло неоценимый вклад в изучение еврейских поэтических форм, словаря и аллюзий. Материалы этого исследования, рассматриваемые совместно со свидетельствами иного рода, способствовали исчезновению тенденции, которая некогда была характерной для ряда учёных, датировать большинство псалмов периодом после Плена или даже периодом Маккавеев.

Книга Притч обладает куда большей близостью к языческой литературе, чем любая другая книга Ветхого Завета. Гномическая литература является одной из самых распространенных и древних литературных форм. Нам давно известны египетские гномические произведения, которые порой оказываются весьма близкими к материалу книги Притч. Так, существует давнее предположение о связи между египетской мудростью Амен-ем-опета и Притч. 22:17-24:22, хотя степень этой зависимости с трудом поддаётся определению.

Книга Иова не имеет сколько-нибудь близких параллелей ни по форме, ни по стилю, ни по своей глубине. Тем не менее её тема, то есть тема страдающего праведника, является весьма древней. Нам известно несколько месопотамских произведений, посвящённых этой проблеме, самым знаменитым из которых является Ludlul bel Nemeqi («Восславлю владыку мудрости»). Недавно в архивах Ниппура был обнаружен ещё более древний шумерский текст, посвящённый той же теме, правда, он страдает фрагментарностью и не опубликован поныне.

Книга Екклезиаста, судя по языку и содержанию, может датироваться III столетием до Р.Х., однако до сих пор не удалось найти ей какие-то реальные археологические параллели. Нам известны исполненные скепсиса более ранние египетские и месопотамские поэмы, однако на дух Екклезиаста могла повлиять и греческая атмосфера, которой в определённый период был проникнута интеллектуальная жизнь Ближнего Востока.

Песнь Песней является собранием любовной лирики, составленным, возможно, в персидский период, о чём может свидетельствовать наличие в этой книге персидских слов. Однако сами песни имеют намного больший возраст и, вполне вероятно, восходят к египетской и хананейской поэзии. Ближайшие параллели мы находим в Египте 1300-1000 гг. до Р.Х. Здесь, так же, как и в библейской книге, песни попеременно звучат из уст влюблённого и возлюбленной, называющих друг друга «братом» и «сестрой». Тем не менее географические аллюзии в Песнях свидетельствуют о том, что их авторами были израильтяне. Археологические открытия, сделанные в Египте, всего лишь засвидетельствовали существование там такого же литературного жанра, к которому относится и книга, написанная израильтянами.

Если цель и время написания книги пророка Даниила давно известны, то дата и исходный тип книги Есфири так и не получили каких-либо археологических подтверждений. Книга эта напоминает апокрифические книги Товита и Иудифи, датируемые III и II вв. до Р.Х., хотя она могла быть написана и несколько ранее, скажем, где-то около 300 г. до Р.Х.

Обсуждение роли археологии при реконструкции истории еврейского языка и письменности мы полностью опускаем, в силу специфичности этой темы. До 1925 г. лицам, изучавшим еврейский, обычно читался курс арабского, как самого значимого родственного языка. Знание арабского языка и поныне считается важным для лучшего усвоения словарных единиц и глагольной системы, однако сегодня студентам читается гораздо более серьёзный курс северо-центральных семитских языков, поскольку учёным удалось реконструировать ранние стадии еврейского языка по древним источникам. Это стало возможным благодаря исследованию еврейских, арамейских  и финикийских текстов и, особенно, благодаря исследованию угаритского языка, на котором написаны хананейские религиозные тексты, найденные в Рас-Шамра. Эволюцию еврейской письменности теперь можно отследить начиная с 1500 г. до Р.Х. и по сей день. Соответственно, специалист может датировать документы на основе особенностей их написания.