Оправдание строя эксплуатации

Когда читаешь библию, иногда не можешь отделаться от впечатления, что отдельные ее сказания и легенды как будто нарочно придуманы для оправдания классового разделения общества, эксплуатации, нищеты одних и богатства других. Это, конечно, не так. Основные библейские сказания и легенды возникали стихийно, создаваясь религиозной фантазией народных масс, придавленных беспросветной нуждой. Но их объективное значение от этого не меняется. И сами по себе, а в особенности будучи соответствующим образом истолковываемы и используемы, они служат оправданию и освящению всех форм угнетения и рабства.

Уже первые главы Ветхого Завета содержат в себе такого рода материал. Вот рассказ о первородном грехе Адама и Евы. Бог говорит Адаму: «За то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором я заповедал тебе, сказав: «не ешь от него», проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей… В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят»(Бытие, гл. III, ст.17 и 19.). Таким образом, Адаму богом уготовано тяжелое и скудное существование: он должен изо всех сил трудиться и мало получать за свои труды. Иначе говоря, он должен вести именно тот образ жизни, который характерен для раба, крепостного, наемного рабочего, для всякого угнетенного и эксплуатируемого.

Отсюда следует прямой вывод, который религиями, основанными на Библии, - иудейством и христианством - всячески внушается верующим: тяжелое положение трудящегося человека при эксплуататорском строе вытекает вовсе не из самого этого строя, а из божьего повеления, вызванного страшным грехом Адама и Евы. Что это, как не оправдание и освящение того положения, при котором люди, созидающие своим напряженным трудом все блага земные, сами не вкушают от этих благ и вынуждены довольствоваться жалкими крохами?!

В той же книге Бытия есть легенда, которая как будто нарочно придумана для оправдания классового неравенства и классовой эксплуатации. Праотец Ной однажды напился пьяным «и {лежал} обнаженным в шатре своем». «И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим». Братья Сим и Иафет оказались более тактичными, чем Хам: они «взяли одежду, и, положив ее на плечи свои, пошли задом, и покрыли наготу отца своего; лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего». Когда Ной проспался и узнал о происшедшем, он проклял Хама и все его потомство, обязав его во все будущие времена трудится для потомства Сима и Иафета(См. Бытие, гл. IX, ст.21-27).

В православных церквах до революции можно было часто видеть иконы, изображающие это «разделение труда» в обществе, установленное распоряжением праотца Ноя: под надписью «Сим царствует над всеми» изображен некий начальник, восседающий на троне и повелевающий людьми; рядом - священник в образе Иафета, который «молится за всех»; и, наконец, несчастный мужичонка на ободранной кляче пашет сохой поле; под ним надпись: «Хам трудится за всех». Таков, оказывается, идеал общественного устройства, проповедуемый Ветхим Заветом. Одни люди трудятся, другие в той или иной форме бездельничают, пользуясь трудами первых, и это, по Библии, справедливо, угодно богу, полностью оправдано тем, что Хам когда-то не догадался накрыть своего пьяного отца…

Во всех книгах Ветхого и Нового Заветов разбросаны легенды, притчи, поучения, отдельные изречения, смысл которых заключается в оправдании эксплуататорского общественного строя. «Неприлично рабу, говорится в Притчах Соломоновых, - господствовать над князьями»(Книга Притчей Соломоновых, гл. XIX, ст.10.). В тех же притчах специально сказано, что, когда служанка «занимает место госпожи своей», ее земля не может носить!(Там же, гл. XXX, ст.23.) Нормально, по Библии, когда господствуют рабовладельцы, «князья», эксплуататоры, но совершенно ненормально и неугодно богу, когда сами трудящиеся пытаются стать господами положения.

Большая часть Библии была написана в период господства рабовладельческих общественных порядков. Следует заметить, что рабство не встречает в Библии никакого осуждения. Наоборот, этот гнусный порядок, при котором один человек является для другого чем-то вроде домашнего животного, рабочей скотины, признается Библией священным и неприкосновенным. «Можете передавать их, - говорится о рабах, - в наследство и сынам вашим по себе, как имение; вечно владейте ими, как рабами»(Левит, гл. XXV, ст.46.).

Здесь делаются, правда, некоторые послабления в отношении рабов из евреев, но это не меняет сути дела - рабство, как принцип общественного устройства, полностью оправдывается Библией. Особенно характерные высказывания на этот счет содержатся в евангелиях и вообще в Новом Завете.

В евангелиях постоянно говорится о рабах, о господах, об их взаимоотношениях и никогда не произносится ни одного слова, осуждающего рабство, как бесчеловечный и несправедливый общественный порядок. Наоборот, оно рассматривается как нечто само собой разумеющееся. Известна, например, притча о талантах. Некий человек, отправляясь в путешествие, собрал своих рабов и дал им на сохранение деньги. «И одному дал он пять талантов (мера веса драгоценных металлов. - И.К.), другому два, иному один, каждому по его силе». Дальше описывается, что сделали рабы с оставленными им деньгами. Все рабы, за исключением одного, занялись приумножением богатства своего хозяина, «употребили в дело», как сказано в евангелии, полученные ими деньги и нажили для своего владельца новые деньги. А один нерадивый раб закопал полученный им талант в землю и просто сберег его там. Когда хозяин вернулся, он, конечно, всячески поощрил тех рабов, которые активно работали над его обогащением, а раба, который просто сберег его деньги, приказал «выбросить во тьму внешнюю», где «будет плач и скрежет зубов»(См. евангелие от Матфея, гл. XXV, ст.14-30).

Притча эта влагается в уста самого Иисуса, как одно из высших проявлений божественной мудрости. И сформулированные в ней обязанности раба отнюдь не сводятся к пассивному подчинению и простому выполнению хозяйских распоряжений: Иисус требует от раба, чтобы он всей душой был предан рабовладельцу. Лучшей идеологической обработки своих рабов никакой рабовладелец не пожелал бы.

Неустанно в евангелиях, особенно в евангелии от Луки, развивается тема об обязанностях раба в отношении своего хозяина, причем часто это делается как бы мимоходом, для иллюстрации положения об обязанностях верующего во Христа. Эти обязанности полностью приравниваются к обязанностям раба в отношении своего господина. Таким образом заодно пропагандируется рабство не только земное, реальное, но и «небесное» рабство в отношении потусторонних сил. При этом, конечно, главную роль играет то полное одобрение земного рабства, которое недвусмысленно в Новом Завете выражают Христос, его апостолы и другие «авторитетные» личности.

Требуя от людей беспрекословного повиновения воле божией и отказа от всяких претензий к богу, Христос говорит: «Кто из вас, имея раба пашущего или пасущего, по возвращении с поля, скажет ему: «пойди скорее, садись за стол»? Напротив, не скажет ли ему: «приготовь мне поужинать и, подпоясавшись, служи мне, пока буду есть и пить, и потом ешь и пей сам»? Станет ли он благодарить раба сего за то, что он исполнил приказание? Не думаю. Так и вы, когда исполните все повеленное вам, говорите: «мы рабы ничего нестоящие; потому что сделали, что должны были сделать»"(Евангелие от Луки, гл. XVII, ст.7-10.).

Можно привести еще немало таких мест, свидетельствующих о том, что евангелия проповедуют рабство, как самый угодный богу общественный строй. Ограничимся сказанным выше и приведем только некоторый материал для иллюстрации того, как рассматривается этот вопрос в других книгах Нового Завета и прежде всего в Посланиях, приписываемых Павлу.

Самым характерным является в этом отношении знаменитое, можно сказать, программное заявление в Послании к Колоссянам: «Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим по плоти, не в глазах только служи {им}, как человекоугодники, но в простоте сердца, боясь бога»(Послание к Колоссянам, гл. III, ст.22.). И страх обычного земного наказания со стороны хозяина, и страх небесного божьего наказания - все используется с целью воспитания в людях рабьего послушания хозяевам. «Рабы, - требуется в Послании к Ефесянам, - повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу»(Послание к Ефесянам, гл. VI, ст.5.). Здесь уже повиновение рабовладельцу приравнивается к повиновению самому богу, оно возносится, таким образом, на самый высокий уровень божественного повеления первостепенной важности.

Со времени появления Нового Завета прошло без малого две тысячи лет. За это время много изменилось в устройстве общественной жизни людей: на смену рабовладельческой форме эксплуатации пришло крепостничество, которое затем сменил капитализм, а в наше время возник общественный строй - социализм, чуждый и враждебный всякой эксплуатации человека человеком. В Библии освящается и обожествляется именно рабовладельческий строй, поскольку других общественных порядков ее авторы не знали. Но на протяжении последующей истории служителям религии оказалось совсем не трудно приспособить библейские поучения к освящению любой другой формы эксплуатации человека человеком.

Так, верующим рабочим капиталистических стран внушается при помощи библейских сказаний, что капитализм представляет собой единственный строй, угодный богу, наилучший и благочестивейший общественный порядок. Колониальным рабам, всякими правдами и неправдами обращенным в христианство, служители религии твердят те же библейские сказания и пропагандируют вытекающую из них мораль о том, что именно империалистический гнет угоден богу, как когда-то твердили крепостным, что единственным общественным строем, который соответствует божественным предначертаниям, является феодализм.

Однако, могут возразить нам, в Библии есть и такие тексты, которые направлены против богачей, в защиту угнетенных и эксплуатируемых; разве книги пророков не выступают с обличением эксплуататоров, ростовщиков, угнетателей народа, в защиту вдов и сирот, обижаемых и притесняемых бедняков? Действительно, такие места есть, и мы на них остановимся.

Пророки выступают со страстными обличениями всяких грехов и злодеяний избранного Яхве народа. Они бичуют не только отпадение от Яхве и поклонение чужим богам, но также разврат, пьянство, гордыню, любовь женщин к нарядам и вообще стремление к роскоши. Они выступают против жадности, стяжательства, неумеренного стремления к наживе. Например, книга пророка Исаии обращается к богачам с гневными укорами и угрозами: «Горе вам, прибавляющие дом к дому, присоединяющие поле к полю, так что {другим} не останется места, как будто вы один поселены на земле»(Книга пророка Исаии, гл. V, ст.8.). И у пророка Амоса можно найти такие угрозы по адресу богатых, в особенности по адресу тех, кто обижает вдов и сирот. Пророк Михей выражает недовольство теми, которые «пожелают полей, и берут их силою; домов - и отнимают их; обирают человека и его дом, мужа и его наследие»(Книга пророка Михея, гл. II, ст.2.). Какова была сущность этих выступлений против богачей и совершавшихся ими злоупотреблений?

Выше мы уже говорили о том, как в книгах пророков отразился процесс обезземеления крестьян, связанный с развитием рабовладельческих отношений. Пророческие разоблачения отнюдь не призывали обезземеливаемых и разоряемых крестьян к протесту, а тем более к восстанию против их притеснителей. Наоборот, они объективно играли прямо противоположную роль, создавая в народе впечатление, что угнетатели получают по заслугам от самого бога и его служителей, что, стало быть, нечего беспокоится, интересы угнетенных будут ограждены, так как о них думает и за них ратует сам бог. Библия и в пророческих книгах не говорит ничего, что побуждало бы человека к стремлению изменить общественные порядки к лучшему, добиваться более справедливого устройства общества.

Весь смысл библейских рассуждений по вопросу об устройстве общества заключается в том, что все в этом мире, как и в «потустороннем», устроено богом в полном соответствии с его желаниями и соображениями, которых никому не дано знать. А если это так, значит, люди не должны и помышлять о революционном переустройстве общества: каждый должен быть абсолютно доволен существующими порядками и своим местом в обществе.