Священные безумцы

Авраам и Моисей — два образа, которые из века в век вдохновляют пророческую мысль Израиля. Оба они избранные посланники Господа. С них начинается великая традиция, они являются истоком национального самосознания.

Авраам и Моисей представляют два полюса пророчества. Первый — рыцарь веры, он слепо предан

гласу Господнему, даже если от него требуется принесение в жертву своего единственного сына Исаака. Он восстает против Бога, лишь когда молит о Содоме. Он — сама верность, любовь, даже если его путь одинок и труден.

Моисей — олицетворение исторического деятеля. Он посредник между Господом и его народом. Он пророчествует с необыкновенной страстью: он должен донести до своего народа божественную волю, помочь ему воплотить свою миссию, преодолевая страх и дрожь отчаяния. В нем вопиет боль за свой народ, его раздирают противоречия и мучительные сомнения. Он должен, пройдя через пустыню и выведя свой народ из Египта, даровать ему закон Синая. Его миссия — помочь своему народу обосноваться на Земле обетованной. Оба они, Авраам и Моисей, ведомы высшим зовом, который обязывает их посвятить себя этой мистической борьбе.

Дух Божий часто оставляет свой след в жизни своего народа: выбор Господа падает на бесплодную пару — Авраама и Сару, чтобы дать исток своему народу; на Моисея, чтобы сделать его защитником этого народа; на женщину, Девору, которая становится воительницей; на Иеффая, становящегося судьей; на пастухов Саула и Давида, обретающих царскую власть.

Человек избирается Господом с его согласия. Часто это акт одностороннего согласия: Самсон предназначен к служению матерью; Самуил — чудесно рожденный, как и патриархи Исаак и Иаков; Моисей спасен от воды; Иеремия впитывает сознание своей избранности с молоком матери: «Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя».

Пророк исполняет священную миссию: обеспечить движение истории по пути, предназначенному Господом; в его власти уничтожить и проклясть. Илия, Елисей обращают пророчество в русло политики. Еврейская монархия была сильна своим теократизмом и держалась во многом на авторитете священников и провидцев. Культ сурового единого Бога способствовал сохранению и укреплению централизационных тенденций.

После Илии и Елисея пророк-книжник осуществляет духовную цензуру. Эта эволюция пророческого движения начинается в середине VI века, когда народ переживает национальную катастрофу 721–586 годов. Перед лицом натиска Ассирии и Вавилона рождаются блестящие образцы пророческой мысли.

Пророк размышляет, проповедует, активно участвует в повседневной жизни своего народа. Он слышит глас Господень, видит горящий куст, он встречает ангела: происходит озарение, он становится выразителем Божьего замысла:

Лев начал рыкать, — кто не содрогнется?

Господь Бог сказал, — кто не будет пророчествовать?

Пророк старается уклониться от этой избранности: от Моисея до Ионы каждый старается избегнуть пленяющей его страсти, которой в конце концов уступает. Только Авраам и Исайя не противятся своей судьбе. Другие знают, что их ждут тяжкие дни, представляют, сколько им придется вынести страданий в роли глашатаев Господа.

Пророк действует в условиях определенной политической ситуации. Он страж городских врат, он предупреждает народ о грядущем несчастье. Он говорит, действует, угрожает, обещает. Он по существу политик, но не в том смысле, в котором мы теперь употребляем этот термин: сфера его размышлений — это Бог, его завет и грядущее благое переустройство мира. Пророк осенен свыше, и его сограждане склонны часто видеть в нем человека необычного, безумца, даже психопата: он может пренебречь благопристойностью, принятыми нормами поведения, логикой. Он находится во власти всего дара прорицания, который диктует ему все его проявления, он — вместилище высшей силы. Его сознание — инструмент проявления Божьей воли. Он находится в постоянном контакте с создателем неба и земли, который ведет свой народ к смерти или спасению, который его рассеивает или собирает на Земле обетованной, уничтожает или спасает по своей воле.

Невозможно осознать функцию пророка вне понимания исторического контекста проявления этого феномена. Пророк — это не священник и не государственный деятель. Это человек Господа, он проповедует, и его инструмент воздействия — слово. Пророки часто совершают эпатирующие поступки. Осия женится на блуднице, чтобы обличить неверность Израиля. Исайя ходит обнаженным и необутым на протяжении трех лет, чтобы возвестить народу о грядущих несчастьях, дает символические имена детям. Иеремия надевает на шею ярмо. Иезекииль ест хлеб, пожаренный на коровьем помете и человеческих экскрементах, ест пергамент, заточает себя в своем жилище и молчит, проводя время в неподвижности на своем ложе. Он теряет любимую женщину и демонстративно пренебрегает трауром, бреет бороду и волосы, публично сжигает треть своих волос, провозглашая, что оставшиеся должны пророчествовать об огне, который сожжет Иерусалим. В экстазе пророк часто впадает в безумие: это — одно из его проявлений, его драма и в то же время знак его могущества.