О приглашениях

Однако эти печальные события не нарушали безумного ритма светской жизни. Приглашения на бал делались заблаговременно, «посредством рассылаемых или выдаваемых изящных пригласительных билетов» или «пригласительных записочек».

«В это самое время вся петербургская молодежь высшего круга вертелась перед огромными зеркалами, с улыбкой самодовольсгвия и гордости собираясь на огромный бал*** посланника. На столе Горина лежала пригласительная записка на этот бал... но он забыл об этом бале и об этой пригласительной записочке».

«Гости приглашались печатными билетами, отличавшимися необыкновенным красноречием, – читаем в "Записках иркутского жителя". – Для образца я приведу один билет, которым градской глава Медведников приглашал на бал по случаю тезоименитства государя императора Александра Павловича, 30-го августа 1816 года: "Иркутский градской глава Прокофий Федорович Медведников, – сказано в билете, – движим будучи верноподданническим благоговением ко всерадостнейшему тезоименитству всемилостивейшего государя и желая ознаменовать торжественный для всех сынов России день сей приличным празднеством – дабы, соединя верноподданнические чувствования, усугубить общую радость – покорнейше просит пожаловать сего августа 30-го числа 1816 года, пополудни в 6 часов на бал в новую биржевую залу"».

В Москве, которая славилась своим хлебосольством и гостеприимством, было не принято рассылать приглашения.

М. А. Волкова сообщает в письме к подруге: «Князь Юрий Долгорукий дожил до 75 лет и никогда не принимал к себе гостей, хотя два раза был московским генерал-губернатором; теперь вдруг ему вздумалось дать bal pare * [* Костюмированный бал (фр)], он разослал пригласительные карточки всей нашей знати, предварительно сделав всем визиты... Здесь не водится приглашать письменно, как тебе известно; лишь на придворные балы являются по билетам, а частные лица редко посылают письменные приглашения».

Балы и танцевальные вечера у богатых людей назначались в определенные дни: по понедельникам – у П. X. Обольянинова, по вторникам – у П. М. Дашкова, по средам – у Н. А. Дурасова и т. д.

«Так водится в московском большом свете, – пишет современник, – одни ездят к хозяину, другие к хозяйке, а часто ни тот, ни та не знают гостя, что, впрочем, случается более тогда, когда дают большой бал. Тогда многие привозят с собой знакомых своих, особенно танцующих кавалеров. Иногда подводят их и рекомендуют хозяину или хозяйке, а часто дело обходится и без рекомендаций».

Вспоминая допожарную Москву, М. М. Муромцев писал; «Зима в Москве была очень весела и шумна, бал за балом. Иногда даже по три в один день, и я попадал на каждый из них, к Пашковым, В. С. Шереметеву, к М. И. Корсаковой. К одним ехал ранее, а к другим позже; к М. И. Корсаковой можно было приехать очень поздно, потому что у нее плясали до рассвету.