Оформление бала

Тогда не требовались на бал такие расходы, как нынче. Освещение было слабое, так что от одного конца залы до другого нельзя узнать друг друга... Освещением однако отличались балы М. И. Корсаковой».

Интересно, что до войны с французами «частные балы почти никогда не посещались императорскою фамилией». Новый обычай был введен в середине 1810-х годов. «Александр после Петра Великого первый, который, отбросив этикет как обветшалый обычай, явился посреди народа в виде частного человека, он посещал с супругою своею неожиданно и без приглашения балы и вечеринки, бывшие у некоторых вельмож...».

В послепожарной Москве роскошные особняки щеголяли друг перед другом богатым освещением. В хрустальных люстрах, канделябрах, стенных бра – всюду горели свечи, которые отражались в зеркалах. Танцевальная зала была украшена цветами и гирляндами. Талантом декорировать бальные залы обладал, по словам современников, московский приятель Пушкина, граф С. П. Потемкин. «Бывало, московские дворяне просят его, в приезд царской фамилии, убрать все для бала в Дворянском собрании, и он, давали бы только деньги, устроит все на славу.

Однажды импер[атрица] Алекс[андра] Федор[овна] очень восхищалась, когда, войдя в уборную, она увидела себя в золотой клетке, или в беседке, где из каждой клеточки висит кисть винограда и пущены зеленые ветки. Так что после каждого танца (а известно, что ее величество любила танцевать) она изволила приходить в уборную: срывала, кушала спелый виноград, приглашала и свиту свою делать то же».

А. Я. Булгаков в письме к брату рассказывает о бале, который был дан московским генерал-губернатором Д. В. Голицыным по случаю приезда принца Оранского: «Праздник хоть куда! Прекрасное освещение, лакомства кучами таскали, дамы одеты щегольски и богато, мужчины с лентами через плечо, танцевали в обеих залах в одно время, в каждой по оркестру, игравшему ту же музыку. Большой широкий коридор, соединяющий кабинет с библиотекой, был убран боскетом, цветов бездна, и хотя было это освещено стаканчиками, но благоухание розанов брало верх; на многих розанах сидели бабочки разных цветов, так хорошо сделанные, что хотелось проходящим в польском мамзелям ловить их».