Сеньоры и короли

Описанные выше крестьяне были по сути подданными сеньоров, крупных или мелких. Начнем рассмотрение с наименее крупных.

Мелкие сеньоры

Это те мелкие сеньоры, которые управляли имением, состоявшим из одной или нескольких деревень, а иногда частью имения, составленного из    287    весьма различных по происхождению владений. Дворянское сословие еще не полностью сформировалось. Характерной чертой дворян, делавшей их сеньорами, был тот факт, что они располагали хорошим вооружением и боевыми лошадьми, умели всем этим пользоваться и руководить военным отрядом. Кроме того, они владели укрепленным замком. Это достигалось разнообразными путями.

Одни — и это был, наверное, наиболее распространенный случай, — были потомками древних деревенских вождей, живших в галльскую эпоху. Происхождение их имений восходило к началам времен. Другие были просто вассалами крупных сеньоров, которым в вознаграждение за службу, исполняемую под клятвой верности, «жаловали в качестве фьефа» участок земли, бывший частью собственного фьефа сеньора. Заметим, что это касалось не всех вассалов: слово «вассал» не подразумевает владения землей, оно просто означает воина, который присягнул своему сеньору на верность. Многие из вассалов жили в ближайшем окружении сеньора и непосредственно от него получали все необходимое для жизни. Те, кто получал в вознаграждение фьеф, назывались «оземеленными» вассалами («chases», от лат. «casati»). В этом случае границы их сеньории не обязательно совпадали с границами земли или земель, которые она в какой-то степени перекрывала. И тогда получалось, что крестьяне одной и той же деревни, столь единые, как мы видели, в отношении своих общинных обязательств, зависели от разных сеньоров, когда дело касалось оброка, барщины или «баналитета».

Кроме того, в эту еще нестабильную эпоху, когда феодализм только устанавливался и разрабатывал свои законы, а насилие и свершившийся факт зачастую были достаточным основанием для права, существовали и сеньоры, которые становились таковыми по собственной инициативе. Какой-нибудь военный, которого низкое происхождение не допускало в разряд полноправных вассалов, возможно, взятый сеньором на службу из крестьянской семьи, мог быть недоволен тем, как с ним обращаются, и удрать, прихватив оружие и коня. Допустим, ему удалось избежать яростного преследования со стороны своего плохого хозяина. Тогда он мог собрать вокруг себя группу крепких парней — беглых сервов, сыновей вилланов, склонных к приключениям, бродяг, обожающих драки, обычных разбойников и простаков, ищущих постоянного занятия. Его исключительная храбрость, умение владеть оружием и командовать могли заставить этих людей признать его своим начальником. Такой отряд мог проходить по много лье, жить на ничейных землях, в защищенных лесом местам. Случайно или хитростью он мог избежать расправы со стороны местных властей. Он мог добраться до мест, где уже никто не знал, кто его руководитель и откуда он родом. Тот же, хорошо зная, чего добивается, выбирал какое-нибудь удобное место, например возвышенность, доминирующую над частью дороги. А вокруг — ни одного замка. Тогда предводитель быстро организовывал строительство, и это, как мы увидим, было несложно. Оставалось убедить крупного сеньора, живущего обычно вдалеке от этой части имения, что в его интересах иметь там доброго вассала, способного защищать эту часть фьефа от нападений соседей, либо, особенно если все это происходило в IX веке, от нашествий норманнов — севернее Луары, венгров — в странах Восточной Европы, сарацин — на юге. Успех этого предприятия вовсе не так сомнителен, как может показаться. Такой человек мог рассчитывать и на собственную храбрость, и на свой замок, который, каким бы маленьким и примитивным он ни казался, было достаточно трудно взять приступом, раз его защищали на все готовые люди. Таким образом, предприимчивый вояка становился «оземеленным» вассалом. Конечно, новый сеньор, которому он присягнул на верность и подчинение, рано или поздно на ежегодной королевской ассамблее встречал того сеньора, от которого он сбежал. Однако если этот могущественный человек был доволен службой своего нового вассала, то все проблемы можно было уладить.

Оговоримся, что ни в одном источнике нет описания подобного восхождения по социальной лестнице. Тем не менее такой путь представляется более чем правдоподобным. Во всяком случае, точно известно, как замечает Марк Блок, что «укрепленные жилища мелких сеньоров строились почти всегда без всякого разрешения свыше».

Будучи оземеленным вассалом и обладателем сеньории, наш герой не может не стать шевалье. Это вовсе не означает, что он получит то благословение, которое Церковь, заботившаяся о нравах людей, носивших меч, установила в виде специальных ритуалов в течение следующего XI века. Слово «шевалье»[200], эквивалент которого существовал и в других вульгарных языках Европы, в своей основе не подразумевает ничего подобного. Оно явно не имело другого смысла, кроме обозначения со времен конца Меровингской эпохи профессионального военного, воевавшего по преимуществу верхом. Конечно, этот шевалье, который по-латински назывался просто «miles», то есть «воин», отличался от других не только тем, что воевал верхом. Ведь те, кто помогал и служил ему, тоже должны были иметь коней, чтобы следовать за своим господином. Шевалье отличался полным тяжелым вооружением, которым пользовался только он: копье, от названия которого пошло названия отряда, составляемого им и его товарищами, меч, иногда боевая дубина — для нападения. А для защиты от ударов он имел щит, кольчугу, представляемую собой род туники из железных колец, и щит. Короче, шевалье — это воин с полным вооружением, настоящий воин, и вряд ли около 1000 года, для того чтобы им быть, нужно было пройти какой бы то ни было обряд посвящения. Упоминания о подобных обрядах появляются только в источниках второй половины XI века. В 1000 году этот статус давался по факту.