Сны предвещают ли будущее?

Древние оказывали большое уважение к снам, которые почитались таинственною связью между небом и землею. Гомер прямо говорит, что Юпитер посылает сны к смертным. Авраам, Иаков и их дети имели пророческие сновидения. Сновидение открыло Иосифу его будущее властвование над братьями, а истолкование сна возвело его на степень первого сановника при Египетском царе. Большая часть государей Востока держали при дворах своих снотолкователей. Царь Навуходоносор не только требовал, чтобы ему объясняли сны, но даже чтобы напоминали те, которые он забывал.

Почти все люди, игравшие значительную роль в свете, утверждали, что сны ниспосылались им свыше. Благочестивый Эней, желая покинуть прелестную Дидону говорит ей о своих снах, о тени отца своего Анхиза, каждую ночь ему являющегося с бледным ликом. Неумолимая Афалия, намереваясь умертвить своего внука, утверждает, что она этим только исполняет предсказание ужаснейших сновидений. Все герои трагедий, Атрей, Агамемнон, Идоменей и др., видят сны, которые открывают им волю богов и руководствуют их во всех благородных подвигах. Для поэтов сны служат чудеснейшим пособием, доставляя им тысячи картин, поражающих толпу и всегда производящих занимательные сцены.

Кто бы мог подумать, что рассудительный Аристотель верил в сны? Он почитал их следствием какой-то высшей и божественной причины. Мудрый Платон, мысли которого всегда отличаются какою-то веселостию, возвышенностию и изящностию, смотрел на сны, как на счастливую связь неба с землею; он полагал, что во время ночной тишины, гении, рассеянные по эфирным странам, слетают к смертным, напечатлевают на их душах мысли свободные от всего чувственного и передают им повеления богов. Если это мнение есть сон, то, по крайней мере, сон утешительный и блестящий; оно гораздо лучше мнения некоторых ученых, утверждавших, что будто бы во время ночи сатана является к нашему изголовью и производит все наши видения.

Большая часть древних врачей лечила согласно с снами больных. Гиппократ был так убежден во влиянии снов и в соотношении их с нашим физическим состоянием, что предписывает в своих сочинениях различные средства для избежания их вредного действия. Например, если кто-нибудь видел во сне померкнувшие звезды, то предписывалось ему немедленно начать бегать кругообразно; если кто видел луну, то должно было бежать столько же вдоль, сколько кругообразно. Желательно бы было знать, по какому направлению бежал ум Гиппократа, когда он писал эти строки!

Галиен признается, что он стал заниматься медициною вследствие сна, который видел его отец, и что однажды велел пустить себе кровь из указательного пальца для облегчения боли в боку, потому что видел во сне, что кровопускание ему поможет. Храм Эскулапа каждую ночь был наполнен мечтателями и гипохондриками, которые приходили спать у жертвенников, в надежде, что бог откроет им во сне нужные для них лекарства. Граждане Спарты также спали в храме Пазифаи, с целью узнать во сне выгоды республики.

Но не одни древние придавали такую важность снам; они имели знаменитых последователей в новейшие времена. Ученый Франклин не мог оградить себя от верования в сны; он твердо был уверен, что небо предсказывало ему во сне окончание дел, которые его занимали.

Каких басен не рассказывали об исполнении снов? Валерий Максим посвятил им целую главу, в которой он собрал с чрезвычайным тщанием любопытнейшие анекдоты в этом роде: вот один из них, рассказываемый также и Цицероном.

Два друга, путешествовавшие вместе, приехали в Мегару: один из них поместился в гостинице, а другой у знакомого ему мегарийца. Вдруг снится ему ночью, что товарищ, оставшийся в гостинице, призывает его к себе на помощь, для спасения от смерти, которою угрожает ему хозяин гостиницы. Сон этот произвел на него такое впечатление, что он тотчас же проснулся; но скоро опять заснул, в полной уверенности, что это пустое сновидение. Чрез несколько минут опять является друг и рассказывает ему, каким образом хозяин, зарезав его, зарыл под навозом; мертвый убедительно просил своего друга, как можно ранее приехать в гостиницу, прежде нежели успеют увезти тело за город. Смущенный этим ужасным видением, друг встал, тотчас же отправился в гостиницу и нашел там отъезжающую телегу; он остановил ее, и под навозом действительно найден был труп путешественника. Хозяин гостиницы приговорен был к казни.

Платон рассказывает о Сократе, который, услыхав во сне известный стих Гомера: «Чрез три дня ты увидишь те плодоносные страны», был убежден, что умрет через три дня: и предсказание это сбылось.

Сулла, увидав во сне, что призывает его к себе Парка, на другой же день сообщил это видение своим друзьям и изготовил духовное завещание. Действительно, в это же вечер он почувствовал лихорадку и умер в течение дня.

Плиний Младший рассказывает, как очевидный свидетель, об одном весьма странном случае: «Один из моих молодых рабов спал со своими товарищами в назначенном для них месте: два человека, одетые в белую одежду, вошли в окошко, обрили ему голову, пока он спал, и тотчас же опять ушли. На другой день нашли раба обритым; волосы его валялись на полу».

«Я почитаю знаком большого милосердия ко мне богов, — говорит мудрый Марк Аврелий, — посылаемые ими сны, которые открывают мне лекарства, в особенности от головокружения и кровохаркания».

Неудивительно, что снам приписывается столько таинственного, потому что сон сам по себе есть неизъяснимая тайна. Я ложусь спать; ум мой сильно поражен чем-нибудь, меня занимающим; глаза мои закрываются, уши засыпают, все чувства впадают в бездействие и онемение; и, несмотря на то, среди ночи душа моя воспроизводит все мысли, поразившие меня во время дня. Я вижу без помощи глаз, слышу без помощи ушей, ощущаю печаль и удовольствие без содействия чувства и без содействия воли. Я мертв, а между тем живу; я мыслю, и не имею органов, которые бы производили во мне эти мысли; я размышляю, я сочиняю, и при восторженном воображении даже хожу, соображаю действия, рассчитываю все движения; я действую без предварительных намерений, без предварительной воли, точно так же, как я действовал бы при ясном сознании своего существования. Какая тайная и чудесная сила производит все это? Неужели остаток впечатлений, остаток вибрации в органах моих чувств? Есть ли это действие чисто механическое и независимое от души моей?

Если бы это было следствием впечатлений, произведенных на мои чувства, то я должен бы был всегда видеть в снах образы мне известные; в таком случае сны были бы только повторением того, что я видел или что делал во время дня; но сновидения весьма часто не имеют ничего общего с тем, что происходило в продолжение дня. Я вижу предметы, имею мысли и ощущения совершенно новые, особенные. Следовательно, их производит иная сила, нежели сила моих чувств.

Сила эта — не есть ли душа моя? Но душа моя свободная, не связанная действиями тела, неужели обречена производить одно только чудовищное и химерическое? Частица божества, искра священного огня, может ли она быть столь недостойною своего происхождения? Отчего же душа моя, предоставленная первоначальной свободе своей, размышляет так дурно, соединяет вместе мысли, почти всегда не соединяемые? Зачем душа эта остается в бездействии, в то время как вещественная моя организация находится в успокоении? И действительно, предположите ничем не возмущенные чувства, свободное пищеварение, ум ничем не озабоченный, и сон будет сладок, спокоен и глубок: душа моя, уснувшая как и тело, будет разделять его покой и неподвижность, и я не увижу никаких снов. Следовательно, сны мои производятся физическою силою, и душа моя находится под влиянием материального начала. Благороднейшая часть нас самих покорена самой грубой: сколько во всем этом таинственного и темного!

Я благоговею перед Сиденгамом, когда он говорит мне, что человек состоит из двух человеков: внутреннего и внешнего[39]. Внутренней силе принадлежат желания, инстинкт, суждение; внешняя же сила действует без предварительных намерений. Внутренняя сила получает впечатления, принимает мысли мои, управляет ими, соображает и превращает меня в существо действительно мыслящее. Неизвестно, где находится эта сила, в мозговом ли органе, или в нервной системе, но тем не менее она существует; из взаимного согласия и вспомоществования этих двух человеков происходит умный, мудрый и рассудительный человек. За столкновением же их сил и направлений необходимо следуют беспорядок и сумасбродство.

Эти два человека могут понимать друг друга даже и во время сна. Часто человеку в таком состоянии приходили самые верные и блестящие мысли: были адвокаты, которые во сне обдумывали порученные им дела; проповедники, приводившие в порядок главнейшие пункты своих проповедей; геометры, решавшие самые трудные задачи. Вольтер рассказывает о четверостишии, написанном им во время сна…

Знаменитый арабский врач Авиценна занимался во сне самыми трудными вопросами и часто в таком состоянии находил их решение.

Кондильяк, трудясь над своим Курсом, часто принужден был перед сном оставлять неоконченную работу. Проснувшись, не один раз случалось ему найти ее в уме совершенно готовою.

Должно ли удивляться после всего этого уверенности древних в том, что боги принимают участие в снах? Они так рассуждали: я ощущаю, мыслю независимо от моей воли; я думаю без желания думать, вижу без желания видеть, действую без желания действовать: следовательно, во мне действует божество.

Стараясь проникнуть в волю богов, в снах стали искать соотношений с предметами, нас занимающими. Составились целые методы для истолкования снов; явились тысячи снотолкователей, которые за известную сумму денег брались передать вам волю неба. Многие древние писатели собрали эти методы; но до нас дошли только записки Артемидора и Синезия. Артемидор жил при Антонине Благочестивом и прославился своими знаниями по этой части. Вот несколько его замечаний:

Видеть во сне падение горы, значит изгнание; лишение зрения — близкую потерю сына или дочери; смерть — брак, потому что брак есть смерть для удовольствий и счастия; цветы означают благополучие; сокровища — горе и заботы и т. д.

По мнению Галиена, здоровье и сны находятся в самом близком соотношении.

Огонь означает желчь; дым — черную желчь; вода и лед мокроту. Гиппократ имел также свои предсказания и объяснения.

По несчастию, большая часть толкователей не согласны между собою. Одни полагают, что должно толковать сны сообразно с представляемыми ими образами; другие утверждают, что должно принимать их в противную сторону. То же самое разногласие и в отношении обстоятельств времени и места. По мнению Плутарха, осенние сны не имеют никакой важности, потому что осень — время хлебосольства, и все сны бывают тогда следствием дурного пищеварения.

Один немецкий доктор, Адриан Ионге, собрал в нескольких латинских строфах все способы снотолкований. По словам этого доктора, видеть во сне чистую воду означает спокойствие ума и сердца; разлитие реки — скорое изгнание; конфекты, пирожное, мороженое и вообще все сладкое и приятное на вкус предвещает горе, а слезы, напротив, радость. Латук — предвестник тяжкой болезни; золото, серебро, сокровища означают бедность и нищету, и пр.

Никто так умно не смеялся над снами, как Цицерон, Ксенофан и эпикурейцы, сравнивавшие человека, который видит сны, с пьяницею или сумасшедшим. Они спрашивают, что бы стали делать с этими людьми, если бы они, по пробуждении, сохранили сумасбродные мысли, которые имели во время сна. В таком случае всю Вселенную должно бы было превратить в домы умалишенных. Думают, что боги, говорят они, избирают время нашего спокойствия для сообщения с нами; если это правда, то каково же им каждую ночь являться ко всякому из нас с советами! Если бы боги хотели говорить с нами тайно, то зачем бы им было избирать для того ночь? Разве не могли бы они говорить с нами во время дня?[40]

Если бы боги занимались нашими снами, продолжают они, то неужели не было бы в них более порядка и здравого смысла? Неужели боги отягощают наш желудок тяжестью своего тела, пугают нас страшною образиною задушающего нас медведя или кошки? Неужели боги виноваты в том, что во время сна мы лишаемся свободы дышать и двигаться? Не доказано ли, что человеку со спокойным умом и исправным желудком никогда ничего не снится? Всякой сон есть следствие дурного пищеварения и беспокойного духа. Наконец, если допустить, что боги или гении посылают нам сны, то необходимо также допустить, что они же посылают сны собакам, кошкам и птицам?

Не унизительно ли для человеческого разума, что до сих пор существуют еще толкователи снов? Не смешно ли, что пишутся и продаются книги для объяснения сновидений? И, наконец, не смешнее ли и не унизительнее ли, что находятся люди, которые покупают эти книги?..