Учебная «Седьмая сотня»

Месяца через полтора русский часовой замечает немалую партию конников. Они поспешно спускаются с гор в направлении к Горячим ключам. По немедленной тревоге две сотни баклановцев уже выносятся наперерез. Однако на третьей версте бешеной гонки донцы атакованы огромным скопищем противника, сидевшим в засаде.

Бата намерен посчитаться. А что же Бакланов? О, он теперь прекрасно изучил горские хитрости. Предусмотрительный военачальник вслед за собой уже заранее приказал двигаться учебной сотне (той самой «Седьмой») с двумя конными орудиями.

А сзади, в поддержку, опрометью несутся еще 4 роты лихих кабардинцев. За 500 шагов до противника сноровистая артиллерия снимается с передков. Орудийная прислуга мгновенно занимает свои места, и брызги картечью попадают в самую середину конной толпы.

Предусмотрительно-лукавый Бата, казалось бы, умело расставив сети, сам попадает в ловушку. В следующую минуту он яростно бросается вперед, но тотчас попадает на штыки кабардинцев. Остается одно: круто осаживая коня, он поворачивает назад, обратно. И, пронесшись под перекрестным огнем, исчезает в гуще леса. Короткое, но лихое дело — более чем удачное. Ранен один лишь казак.

Бату сменил новый наиб — Гехо. Но это мало что изменило — схватки с чеченцами продолжались. Однажды в конце октября казаки-дозорные дают знать большая партия чеченцев проскакала к Энгель-юрту. А вскоре, как подтверждение увиденного, оттуда начинают доноситься частые выстрелы. А это значит — напавшие получают несомненный отпор.

Тревожный звук сигнальной пушки — и две сотни с Баклановым во главе бросились в стремительный карьер. Путь лежит между брошенными, опустелыми аулами по отлогому покатому склону. И вдруг у одной из развалин казаки замечают конную группу. Среди наездников хорошо заметен трепещущий на ветру вышитый золотом разноцветный значок. Это значит, что здесь вместе с четырьмя сотнями чеченцев, обычно сопровождавших своего наиба, находится сам новый предводитель — Гехо. Чеченцы терпеливо поджидают своих соплеменников — основную партию горцев, что находятся в набеге.

Для донцов это нежданная, тревожная новость, поскольку их кони притомлены. Заметив баклановцев, горцы бросаются в шашки. Сам же Бакланов между тем врубается в толпу противника. Стремительно выхватывает значок и высоко поднимает его над головой. И хотя в эти считанные секунды чеченец успевает-таки ударить его шашкой по руке, отторгнутый у неприятеля знак наглядно возвещает о победе.

Поле боя вмиг пустеет. Потеря «аляма» — слишком дурное предзнаменование для только что вошедшего во власть наиба.