Палка от собаки не уйдет — француза колотить успеем…

К Швецу-то в гости так и не заходили, а пошли отсюда направо к Корсакову.

— Да разве ж вы знали, что идете к Корсакову?

— Помилуйте, да об этом только и речи было, это всем было известно.

Туг уж мы неприятеля не видали, сказали, что Розенберг, оставшись сзади, делал ему сильный отпор и положил его порядком. Хорошо, что хоть этот помозолил ему зубы, а то ведь вот, Ваше благородие, горе-то нас постигло. Как узнали, что Корсаков разбит, вот тут-то тоска взяла нас: эх, жаль стало, что не дождался! А мы-то как поспешали, шли без дневок, словно как знали, что не быть добру в этих голодных горах! Разумеется, как бы он ни вступил в действие, мы бы подоспели к нему, и французы были бы разбиты!

Делать-то нечего — горем, видно, беды не исправишь. И пошли ж мы драться опять с французами: загнали их в ущелье, да дальше и не пошли. Ну, думаем себе: палка от собаки не уйдет — поколотить его успеем!

— Что это ты, дедушка, так разгневался на французов, ведь они народ храбрый!

— Помилуйте, Ваше благородие, нечего про это говорить. Да ведь вот-с, я вам доложу, не будь его в этих-то горах, так мы бы не вешались по кручинам-то, а то совсем обосели159.

Отсюдова повернули к своим границам; значит, к Корсакову идти было незачем! Зато попали на снеговые горы, дали они себя знать!

Да тут не то что лошадей, тут и нашего брата много перекалечилось.

Суворову докладывали, что многие переморозили себе ноги… На это он отвечал так: «Эти Богу неугодны! А что касается до меня, так в сильный холод я всегда отдувался и не познобил себе ничего».

Вот здесь, Ваше благородие, пришлось нам расстаться с Суворовым. В последний раз видел я нашего батюшку по переправе через Рейн, когда мы подошли к первому городу и на ровном чистом поле стали биваками. Здесь мы сделали две дневки, армия наша стянулась и поотдохнула.

На следующий день Суворов объезжал все полки. Выстроились в две линии, одна противу другой. Наш полк как шел сзади, так и встал на левом фланге. Объезд Суворов начал с правого фланга. Перед каждым полком останавливался и особо благодарил.

Войска ему кричали «ура».

Подъехавши к нам, он сказал: «Благодарю! Благодарю, чудо-богатыри! Всё Бог! Всё Бог нам пособляет! Вот мы пошли, взяли, разбили! Кто храбр — тот жив! Кто смел — тот цел!»

Тут он говорил много… «Ну, ребята, теперь мы разойдемся!.. Прощайте, чудо-богатыри! Мы еще увидимся!»

Вот так-то и увидались!.. Царство ему небесное!..