Лихие казачьи кордоны

Сколько же было их, этих энергичных, незатейливо-простых, но бесконечно честных и отчаянно-смелых людей?! Около 17 тысяч человек. По излучинам Кубани, от Воронежского редута и вниз, до красивейшего Бугаза (позднее его стали называть Королино-Бугаз, то есть Королевский), на пространстве почти в 300 верст длиной Чепега ставит множество кордонов, получивших название Черноморской кордонной линии.

В верхние кордоны Чепега ставит от 50 до 60 казаков при одном старшине. В нижние — от 25 до 30. Что же представляют собой эти несложные военно-инженерные укрепления? Прежде всего, приступая к их возведению, казаки окапывают кордон глубоким рвом. Сооружают бастионы, обсаженные колючим терновником (плотной зеленой стеной). А за надежной спиной всех этих укреплений, внутри ставят жилье для казаков и навесы для лошадей.

Кроме того, на пространстве между кордонами, в более опасных местах, насыпают батареи и ставят пикеты. Эти самые казачьи батареи — те же кордоны, только оснащенные еще и пушками.

Что же касается пикетов, или, как казаки называют их, «бикетов», то они рассчитаны на совсем небольшие группки защитников, в 8–10 человек. Со стороны они выглядят более чем мирно. Походят на круглые, точно врытые в землю корзины, окруженные небольшим «ровиком». Над каждым из таких «мирных» укреплений возвышается на четырех опорах «вышка». Посредине ее камышовой крыши, сходящейся на конус, или, как говорят казаки, подобранной кверху пучком, торчит высокий шпиль с перекладиной. На обоих концах этой широко разнесенной перекладины покачиваются плетеные шары — эдакое подобие коромысла с ведрами. Это своеобразный вестник тревоги — казачий «маяк».

Стоит сторожевому с вышки увидать неприятеля, как он кричит: «Черкесы! Бог с нами!», а в эти минуты снизу ему отвечают: «Маячь же, небоже!» И вот тогда шары поднимались вверх. Они «маячили» тревогу.

Кроме того, на некотором расстоянии от казачьих укреплений в землю врывали высоченную жердь, обмотанную пенькой и сеном. Это колоритное сооружение именовали «фигурой». И если в темную южную ночь неприятель прорывал где-либо «линию», прежде всего извещали о нем эти факелы.

Загорались «фигуры», проливая багряный свет по берегу. А затем уже следом за световым сигналом до слуха защитников пикета долетали и сигналы звуковые, уже невольные, — учащенные выстрелы и топот коней, возгласы команд и крики врагов, рев быков и блеяние баранов.

Так что вплоть до начала XX столетия на зеленых холмах Кубани возле случайно сохранившихся «фигур» нередко можно было увидеть сравнительно высокие, иногда покосившиеся кресты — могилы павших в одиночном бою постовых казаков.