Рейтары

История Греции и Рима дает очень мало примеров создания конных тактических единиц, превращения недисциплинированной конницы в регулярную кавалерию. Только Александру Македонскому и Ганнибалу удавалось подойти к разрешению этой задачи, несравненно труднейшей, чем спайка тактического коллектива в пехоте. Анархическое рыцарство, ничего общего с регулярной кавалерией не имело. Эпоха возрождения, создавшая тактические единицы швейцарцев, ландскнехтов, испанцев, оставила вопрос о коннице неразрешенным. Правда, легко вооруженная свита латника была изъята из состава копья и сведена в самостоятельные легко-конные части (шево-лежеры)[134].

Последний раз средневековые копья из пеших и конных встречаются в 1543 г. в сражении при Ландресси. Но конница продолжала представлять, сборище индивидуальных бойцов, а не тесно сплоченные части. Рыцари никогда не производили сплоченного удара. Де ла Ну, гугенотский капитан, написавший в плену в Испании очень любопытные «28 политических и военных дискуссий», обратил внимание, что, если сотня рыцарей пойдет с 200 шагов в атаку галопом, то в действительности ударят в копья не больше 25 рыцарей. У остальных — у кого пойдет кровь носом, или оборвется ремешок в снаряжении, или лошадь потеряет подкову. Таван (1505–1573 г.), при отсутствии сплоченности в коннице, рекомендовал встречать атаку на месте; хорошо, если перед фронтом конницы будет канава; если же двигаться в атаку, то медленным аллюром, накоротке с 15–20 шагов; если атака производится с дальнего расстояния или ведется галопом, то трусы получат возможность уклониться, и только один капитан ворвется в неприятельские ряды.

Эта тоска по сплоченности, по тактической кавалерийской единице, привела к господству в период гугенотских войн (1562–1595 гг.) родоначальника современной регулярной конницы — рейтарского полка. Нужно помнить о всем противоречии между конницей, представляющей людскую пыль, между рыцарской анархией — с одной стороны, и деловым духом новой Европы, чтобы объяснить себе те уродливые формы, в которые вылилась тактика рейтар, и признать за ней крупное новое слово.

В начале XVI века получил распространение пистолет. Французы в 1525 г. познакомились с этой «чертовщиной», по-видимому, чешского изобретения. Пистолет имел кремневый замок, выстрел производился одной рукой, фитиля не было — в изготовлении огнестрельного оружия был осуществлен огромный прогресс, по сравнению с аркебузой. Правда, пистолет давал возможность попадать в цель только на очень коротком расстоянии — лучший выстрел был на расстоянии 3 шагов. В 1540 г. появились первые рейтары — всадники, основное вооружение коих представлял пистолет. Рейтар не проходил высшей школы верховой езды и сидел не на дорогом рыцарском коне, а на простой обывательской лошади. Таван обратил внимание, что рыцарь должен с малых лет изучать свое искусство, а рейтаром становится человек на обывательской лошади в три месяца. А ведь время дорого, «теперь и в школах учат в три года тому, что — раньше требовало 10 лет; высшая школа верховой езды нужна только для конных дуэлей».

Рейтары часто имели до 6 пистолетов и строились глубокими массами, по 17 шеренг в глубину. Конная атака получила странный вид — рейтарская масса в порядке надвигалась к противнику, первая шеренга в упор разряжала свои пистолеты, отъезжала с последними выстрелами влево за фронт, после чего продолжала вторая шеренга и т. д. Тактика «улитки», «караколе», из пехоты была перенесена в конницу. Легкость обучения и ремонтирования вызвала быстрое размножение рейтарских полков. Вызывая потребность в обучении в сомкнутом строю, «караколе» могущественно дисциплинировало новую кавалерию[135].

Пистолетная тактика рейтар вызвала в пехоте потребность в увеличении числа мушкетеров; пикинеры, без прикрытия мушкетер, очень страдали от рейтар. В коннице, с пятидесятых годов XVI века, происходила упорная борьба между тонким построением тяжело вооруженных латников, с пикой, державшихся средневековой рыцарской этики, и демократическим созданием новых веков — рейтарами, в глубокой колонне, с пистолетом. Конные бои, с включением в них той сплоченности, дисциплины, того понятия тактической единицы, представителем коих являлись рейтары, стали гораздо кровопролитнее. Таван замечает, что раньше 500 рыцарей дрались 3–4 часа времени, и не было десятка убитых, а теперь в один час все поле усеивается валяющимися телами. Рейтары составляли главный плюс небольшой армии гугенотов Генриха Наваррского, особенно отличились в 1587 году при Куртрэ и в 1590 г. при Иври, позволили ему одолеть католическую лигу и сесть на французский престол. Квалифицированный боец на породистом коне оказался побежденным рядовым массовым бойцом на обывательской лошадке. Фундамент для развития современной конницы был заложен. Дисциплинировать рыцарей, создать из них коллектив оказалось настолько трудно, что линия наименьшего сопротивления в вопросе создания современной конницы пошла не по пути облегчения рыцарских доспехов и ремонтирования их менее массивными, более быстрыми лошадьми, а по пути подбора наилегче дисциплинируемых элементов, хотя и очень мало радующих сердце истинного кавалериста.