Брак великой княжны Веры Константиновны с герцогом Вильгельмом-Евгением Вюртембергским. Поездка Александра II в Англию

Сразу после свадьбы Марии и Альфреда Александр с головой ушел в так называемую «большую политику». В Петербург пожаловал – впервые в истории – австрийский император, сорокачетырехлетний Франц-Иосиф I, незадолго перед этим довольно враждебно настроенный по отношению к России. Его визит знаменовал собою конец этой вражды и окончательное примирение двух держав.

В мае того же 1874 года Александр отправился в Штутгарт на свадьбу своей племянницы Веры Константиновны с герцогом Вильгельмом-Евгением Вюртембергским.

Вера Константиновна была внучкой Николая I, дочерью Великого князя Константина Николаевича и его жены – Великой княгини Александры Иосифовны, до принятия православия принцессы Александры Саксен-Альтенбургской.

Вера Константиновна родилась 4 февраля (в день памяти святой Вероники) 1854 года, и к моменту свадьбы ей было 20 лет.

В детстве Верочку старшие двоюродные братья и сестры называли просто «маленькой», без имени. Несмотря на то, что Вера, ее старшая сестра Ольга и брат Константин были любимы всеми родственниками, – а таковых было предостаточно, – детям не хватало отца – адмирала Константина Николаевича, который по долгу службы постоянно был в разъездах. С пяти лет Вера начала писать отцу трогательные и полные любви и нежности письма.

Оказываясь в Санкт-Петербурге или в его окрестностях, Константин Николаевич, всегда очень занятый чтением и делами, урывал каждую минуту, чтобы побыть как можно дольше с детьми.

Разумеется, Великий князь посещал и светские рауты, но делал это неохотно, предпочитая обедать и ужинать у родственников, с удовольствием вводя в мир взрослых и своих детей, чтобы они постепенно приобретали навыки общения, необходимые в обществе.

17 сентября каждого года, начиная с пяти лет, Вере отмечали именины, как взрослой: с утра все Великие князья с женами и детьми приезжали к обедне, поздравляли именинницу, а потом все вместе садились завтракать, держа девочку в центре внимания. Все были серьезными, и она тоже вела себя сдержанно и степенно, с каждым разом все лучше понимая, что такое Великая княжна. Этому же способствовали и частые визиты в царскую семью, где поведение было особенно чинным.

С этого же возраста отмечали ей и дни рождения, 4 февраля обязательно устраивая обедню, правда, не всегда в церкви, а иногда и дома.

Религия, службы, церковные книги и особенно пример родственников, чаще всего искренне и глубоко верующих, сделали и Веру доброй христианкой, с детства соблюдавшей посты и все предписания православия. А ее отец, прекрасно игравший на рояле и виолончели, хорошо знавший музыку, приобщил дочь к игре на разных инструментах.

Родители часто брали детей в театр, и Вера с детства полюбила и оперу, и балет, и драматическое искусство.

С детства Веру и Олю приучали к прогулкам в окрестностях Санкт-Петербурга, поощряя к знакомствам с простыми людьми. Правда, им не разрешали делать это самостоятельно, но под присмотром учителей и фрейлин они часто гуляли по соседству с теми загородными дворцами, в которых жили.

Летом 1860 года Константин Николаевич получил в подарок «американский кабриолет» – одну из первых разновидностей автомобиля – и быстро его освоил, с удовольствием катая в нем детей. А 1 июня 1860 года у Веры появился брат Дмитрий, и она стала заботливой нянькой.

Вместе с первой радостью – обретением нового родного человека, шестилетняя Верочка поняла и то, что случаются и невозвратные потери, – в ночь на 20 октября 1860 года скончалась ее 62-летняя бабушка, вдовствующая императрица Александра Федоровна. 29 октября Александру Федоровну похоронили в Петропавловском соборе, и Вера в первый раз присутствовала при погребении, а 10 марта 1861 года девочка впервые исповедалась, и это тоже произвело на нее психологически сильное впечатление.

Вера обожала свою мать. Когда 2 июня 1861 года Александра Иосифовна уезжала в Киль, на родину, Вера, хоть и понимала, что мать вскоре вернется, но рыдала столь безутешно, что, жалея ее, плакали и взрослые.

Становясь взрослее, она переживала обычные метаморфозы роста, но к юности характер стал у нее ровнее, и она превратилась в милую девушку, сохранив все положительные черты, которые были у нее в детстве.

С Вюртембергским домом у Романовых были давние родственные связи: Павел I вторым браком – с 1776 года – был женат на Софье Вюртембергской (в православии императрице Марии Федоровне). Их дочь Екатерина с 1816 года была женой короля Вюртемберга Фридриха-Вильгельма, а их младший сын – Михаил – был женат с 1824 года на принцессе Каролине Вюртембергской (в православии – Елене Павловне). Внучка Павла I, дочь Николая I, Великая княжна Ольга, с 1846 года была королевой Вюртемберга, так как ее мужем был король Фридрих-Карл.

И, наконец, внучка Николая I – стало быть, правнучка Павла I и Марии Федоровны и, таким образом, четвертое поколение в доме Романовых, роднящееся с Вюртембергской династией, – Великая княжна Вера Константиновна, обвенчавшаяся с Вюртембергским герцогом Вильгельмом-Евгением.

* * *

Прежде чем продолжать наш рассказ далее, необходимо вспомнить о событиях, происходивших в Германии и Вюртемберге в 60-х – начале 70-х годов XIX столетия.

Следует иметь в виду, что среди множества государств, находившихся на территории, населенной немцами, лишь два из них – Пруссия Гогенцоллернов и Австрия Габсбургов – были державами, претендовавшими на ведущую роль. В результате длительной борьбы между Пруссией и Австрией за господство в Германии летом 1866 года начался конфликт из-за Шлезвиг-Гольштейна.

В это время все еще существовал Германский союз, созданный после падения Наполеона в июне 1815 года Венским конгрессом.

К 1866 году в Германский союз входили 32 немецких государства. Кроме того, свои династические интересы защищали в нем короли Англии и Голландии, так как они владели Ганновером и Люксембургом, а также и датский король, владевший Гольштейном и Лауэнбургом.

С самого начала существования Германского союза господствующую роль играла в нем союзница Наполеона Бонапарта – Австрия. 14 июня 1866 года Германский союз по предложению Австрии принял решение мобилизовать союзную армию против Пруссии.

Однако это решение Пруссию врасплох не застало: еще раньше прусский канцлер Отто фон Бисмарк договорился с Россией и Францией о нейтралитете, а в апреле 1866 года заключил секретный военный союз с Италией, объединению которой мешала Австрия.

Прусская армия находилась в постоянной боевой готовности и потому 16 июня вторглась в Ганновер, Гессен и Саксонию, а 20 июня 250 тысяч итальянских войск вступили в занятую австрийцами Венецианскую область.

Война была быстрой и победоносной для Пруссии и Италии. Уже 23 августа в Праге был подписан Мирный договор. По этому договору Австрия соглашалась на роспуск Германского союза, обещала не вмешиваться впредь в дела немецких государств и давала согласие «на новое устройство Германии». Австрией было признано и присоединение Венецианской области к Италии. Бисмарк тут же основал вместо Германского союза Северогерманский союз. Договор о его создании был подписан за четыре дня до подписания Пражского мирного договора – 18 августа. В него вошли Пруссия и еще 17 северогерманских государств, к которым со временем присоединялись все новые, в том числе и южно-германские.

1 июля 1967 года вошла в силу конституция Северогерманского союза, по которой Президентом союза был король Пруссии, семидесятилетний Вильгельм I Гогенцоллерн. В компетенцию союза входили: военное дело и иностранные отношения, монетная система, почта и железные дороги.

Были определены права Рейхстага – Государственного собрания – и Бундесрата – Союзного совета, – органа представительства земель. Оба эти совета играли весьма второстепенную роль, руководили же всем король Пруссии и его канцлер, в данном случае – Бисмарк.

В Северогерманский союз не входили некоторые государства Южной Германии, в том числе и Вюртемберг, оставаясь относительно нейтральными. Однако, когда в июле 1870 года между Пруссией и Францией началась война из-за того, что Франция препятствовала объединению Германии, в Вюртемберге поднялась волна националистических выступлений в поддержку Пруссии.

То же самое происходило и в других южно-германских государствах. Понимая, что их позиция должна быть изменена, Бисмарк до начала франко-прусской войны подписал договор о передаче под контроль прусского генерального штаба армий Баварии, Бадена, Вюртемберга и Гессен-Дармштадта.

И как только война началась, все южно-германские войска приняли в ней участие на стороне Пруссии.

8 августе 1870 года французская армия была разгромлена в ряде сражений, и 2 сентября Франция капитулировала. В плен попал и император Наполеон III.

А в ноябре все немецкие государства, дотоле не входившие в Северогерманский союз, вошли в него (последним, 26 ноября 1870 года, вступил Вюртемберг). И, таким образом, было устранено последнее препятствие для создания Германской империи.

9 декабря Рейхстаг Северогерманского союза постановил, что будущее государство будет называться «Германской империей».

И 18 января 1871 года она была провозглашена в Версале.

День провозглашения Германской империи был выбран не случайно: 18 января 1701 года бранденбургский курфюрст Фридрих Гогенцоллерн был коронован в Кенигсберге (ныне Калининград) и стал королем Пруссии под именем Фридриха I.

А 18 января 1871 года в Зеркальной зале Версальского дворца была провозглашена Германская империя во главе с кайзером Вильгельмом I.

Провозглашенная империя занимала площадь в 540 тысяч квадратных километров. Ее население превышало 41 миллион человек. Империя состояла из тех же регионов, что и Северогерманский союз, а вскоре основой конституции новой империи стала прежняя конституция Северогерманского союза.

Все прежние феодальные государственные образования сохранили свои названия, их правители не утратили свои титулы, звания и достоинства, не утеряв и многих своих прерогатив.

В империю входили 4 королевства, в их числе и Вюртемберг, 6 Великих герцогств, 12 герцогств и 3 Вольных города.

Конституция Германской империи была принята имперским Рейхстагом 14 апреля 1871 года.

Внешне либеральная и даже весьма демократическая конституция на самом деле представляла полное торжество военного деспотизма, бюрократически сколоченного и строго охраняемого полицией.

Власть сосредоточилась в руках трех человек: императора, Бисмарка, ставшего канцлером империи, и начальника Генерального штаба, фельдмаршала Мольтке-Старшего, автора плана победоносной франко-прусской войны. Среди 25 старых государств, вошедших в империю, руководящая роль принадлежала Пруссии и привела к торжеству ее государственных, военных и моральных принципов, к успеху идеологии прусского юнкерства.

Королевство Вюртемберг как было раньше, так и осталось при императоре Вильгельме во многом автономным государством.

Что же касается Германской империи, то ее появление было встречено в Европе по-разному: кто радовался этому, кто негодовал, а многие – особенно ее соседи – откровенно боялись этой новой огромной силы.

И как бы подводя итог шестидесятым – началу семидесятых годов XIX столетия, в самом начале 1873 года на европейский континент пришло сообщение, что 9 января в маленьком английском городке Чизи-хёрсте, близ Лондона, скончался бывший император Франции Наполеон III – отпущенный на волю вскоре после капитуляции его армии, он уехал в Англию, где и умер в изгнании.

Такой была обстановка в Европе и в Германии, когда Вера Константиновна приехала в Штутгарт.

Город, конечно же, показался ей убогим и маленьким по сравнению с Санкт-Петербургом или Москвой, хотя и считался одним из крупных политических, торговых и культурных центров Германии. Старый город мог похвалиться двумя-тремя дворцами, старой ратушей да парой исторических соборов.

Однако в области культуры его прославили поэты Шиллер и Шубарт, а в области науки – философ Гегель.

Не слишком роскошной была и свадьба. Если бы не царское приданое невесты, то брачные торжества могли показаться более чем скромными, несмотря на то, что титулованных немецких родственников на свадьбе было предостаточно.

После свадьбы Александр II отправился в Англию, выполняя вторую часть поездки, которая была задумана им еще в Санкт-Петербурге, до того как поехал он в Штутгарт.

Официально было объявлено, что русский царь едет в Лондон, чтобы повидаться со своей любимой дочерью – Марией, совсем недавно ставшей герцогиней Эдинбургской.

Однако свидание с Марией Александровной было лишь соблюдением дипломатической формальности.

На самом же деле царь решил во что бы то ни стало добиться симпатии англичан и посеять на островах семена русофилии, заглушив будущими всходами бурные сорняки традиционной для Англии русофобии.

Александр ехал с пристани в открытой коляске, и тысячи любопытствующих англичан находили русского царя не азиатским владыкой, а настоящим джентльменом.

Королева Виктория встретила царя у входа в Виндзорский дворец и потом лично сопровождала его по городу.

Визит Александра в Англию оказался успешным, хотя Англия и не стала союзницей России, она все же стала склоняться к тому, что в будущем такая позиция может стать для нее не только приемлемой, но и необходимой.