Первые экономисты

Древние греки признавали воздух, воду, огонь и землю как четыре естественных элемента, из которых образовались все прочие вещества. Для многих из них, однако, деньги являлись пятым, скорее, культурным, нежели природным элементом. Это соответствовало греческой поговорке "Chremata aner" (деньги — это человек).

В греческих текстах мы находим тысячи видов преданий отдельных граждан и даже рабов, которые написали собственные пьесы, поэмы и философские диалоги. Греки были неистощимы как на описание самых земных сторон повседневной жизни дома или на винограднике, так и на размышления обо всем, начиная с происхождения жизни и кончая колебаниями цен на пшеницу.

Философская троица — Сократ, Платон и Аристотель — казалось, являлась примером классического века, но насколько они отражали дух и культуру, их окружающие? В конце концов афиняне проклинали на чем свет стоит Сократа. В целом они представляли собой несколько отошедшую от нормы часть греческой психологии, которая предлагала более практический уклон, чем это можно было найти в великих произведениях.

Ксенофонт, видимо, является лучшим образцом классической греческой культуры. Он занимался многими вопросами на протяжении своей взрослой карьеры как политик, учитель, генерал и писатель, но точнее всего его можно охарактеризовать как практичного философа. В военной экспедиции в Персию он и его воины, афинские наемники, победили своих врагов, но их военачальник Кир погиб в битве. Греческие наемники оказались в трудном положении за сотни миль от дома, среди вражеского окружения. Греческие войска, известные в истории как Армия десяти тысяч, доверили свои жизни Ксенофонту, который успешно провел их за три месяца по вражеской территории на родину. Как многие известные генералы, позже он описал это путешествие в ставшей популярной книге.

В «Анабасисе» Ксенофонт описал эту долгую кампанию, но, в отличие от Гомера, не сделал из себя и своих офицеров героев, какие были в сочинениях Гомера. Как практичный челрвек он считал, что центром истории должны быть сами солдаты. Без заумных фраз и высокой риторики «Анабасис», возможно, являет собой лучшую прозу Аттики, когда-либо написанную. В некоторых аспектах Ксенофонт, практичный человек, одинаково комфортабельно чувствовавший себя как с рабочими, солдатами и фермерами, так и с учеными, как представляется, во многом был предшественником более современных умов — Мишеля де Монтеня, Иоганна Гёте и Бенджамина Франклина.

Несмотря на свою занятость на гражданской службе коммерческой деятельностью, Ксенофонт написал еще одну книгу, «Экономика», в которой в деталях описал, как нужно вести домашнее хозяйство. В этой книге он впервые использовал слово «Economics» (экономика), которое означало «мастерство в управлении домашним хозяйством или имением». К управлению домом — женской работе в греческом мире — Гомер не проявлял ни малейшего интереса. Для Гомера женщины были военными трофеями, которые увеличивали славу героя, были жертвоприношением в трудные времена, а более всего — домашней опорой, занимаясь ткачеством и вечно ожидая возвращения своих отцов, мужей и сыновей из их походов и кампаний.

Хотя Ксенофонт не был феминистом в современном понимании, он относился к практической работе по домашнему хозяйству очень серьезно и описывал женщину как матку в пчелиной семье. Он заполнил свою книгу простейшей, самой практичной информацией: как организовать дом, выучить слуг, хранить вино и продукты и установить порядок во всех составных частях домашней экономики.

Пока жена вела домашнее хозяйство, муж смотрел за фермой и занимался своим собственным бизнесом, а также общественными делами города-государства. Как многие книги того времени «Домострой» написан в форме диалога, в данном случае — между Сократом и Исхомахом, неким богатым предпринимателем Афин. Однако в книге Сократ-философ не предстает таким великим или слишком мудрым, каким он появляется в более известных сократовских диалогах, написанных Платоном. На самом деле Исхомаху, простому человеку от бизнеса, есть что сказать, и он возникает как «герой» этой истории. Исхомах не занял никакого важного места в литературе или философии, и он сам признавал, что из-за его богатства и простого образа жизни многие люди не любили его. С точки зрения литературы работы Ксенофонта не могут быть сравнены с произведениями Гомера: Исхомах совершенно определенно не Агамемнон и не Ахилл. И все же такие практичные люди как Исхомах тянули и толкали классический греческий мир к вершинам коммерческого успеха и достижений в искусстве.

Большинству греческих ученых не хватало глубокой заинтересованности Ксенофонта в вопросах войны и мира, и они не разделяли его интереса к финансовой деятельности. Подобный подход предвещал, что многим будущим поколениям ученых, и Платону, и его ученику Аристотелю, будет очень трудно освоить понятия «деньги» и «рынок».

Платон, постоянный диктатор в вопросах моральных ценностей, хотел запретить золото и серебро, а также иностранную валюту. По его работам, место реальных денег должны занять некие ничего не стоящие монеты, некое подобие жетонов, или правительственные книги, где регистрируются сделки торговцев. Каждый возвращавшийся из зарубежного порта с деньгами должен был сдать их по прибытии. Согласно Платону, ни один честный человек не мог быть богатым, поскольку бесчестность платит больше, чем честность; следовательно, чем человек богаче, тем менее честным и добродетельным он является. По мнению Платона, люди должны быть наказаны, если они пытаются купить или продать полученные ими землю или дом.

Предложения Платона по регулированию рынка кажутся жесткими даже нам, в век некоторых строго планируемых экономик. В VIII книге «Законов», например, он пишет, что рынок должен контролироваться начальниками, которые строго наказывали бы всякого, кто нарушал правила, коих было немало. Помимо розничной торговли, которой занимались торговцы в округе, Платон допускал три специализированных рынка, которые должны были организовываться каждый месяц, по одному через каждые десять дней, и люди должны были закупать себе запас на целый месяц. Первый рынок продавал зерно, второй, десятью днями позже — жидкости, а третий — скот, рабов и прочие, связанные с ними товары, такие, как шкуры, материи и одежду.

Аристотель никогда не разделял тоталитарных наклонностей Платона, но сам имел довольно странные идеи в отношении рынков. Он не считал, что с каждого на рынке должна быть затребована одинаковая плата. Для него было вполне естественным, что люди с большими деньгами должны платить больше, чем люди победнее. Он не представлял себе неличностных отношений на рынке, так как верил в персональные отношения. Исход сделки, согласно Аристотелю, должен быть определен в соответствии со статусом участников, а не стоимостью товара. Для него цель рынка состояла не только в обмене товарами, но и в удовлетворении жадности. В конечном итоге рынок пробуждал у людей нежелательные инстинкты и должен был находиться под тщательным наблюдением. Аристотель рассматривал работу рынка, скорее, в категориях, затрагивающих личность, а не абстрактных. Хотя он определенно был способен на абстрактное мышление, в его работах мы можем видеть стремление человека понять появившийся феномен денег и рынков.

До появления денег в виде монет главы истории переполнены рассказами о многих цивилизациях на различных континентах, говорящих на разных языках и поклоняющихся разным богам, но тем не менее можно увидеть практически во всех нечто общее. Возьмем ли мы древних египтян или ацтеков, хеттов или вавилонцев, критян или мистический народ Мохеджо-Даро, мы увидим, что все они поднялись на один и тот же уровень цивилизации. Как будто каждый из них уперся в невидимую стену, которую они были не в состоянии преодолеть. Они создали свою собственную архитектуру и религию, науку и коммерцию, поэзию и музыку, но только до периода застоя.

Греки, однако, преодолели этот барьер. Внезапно архитектура, философия, наука, литература, другие виды искусства и наук поднялись на такой уровень, который был не известен никакой предшествующей цивилизации. Некоторые ученые пытаются заставить нас поверить, что этот прорыв произошел благодаря превосходству греческого ума, психики, расы, культуры, благодаря более развитому пониманию человеческого существа и природы. Но в истории до или после этого времени мало что указывало бы на уникальность греков по сравнению со многими народами мира. Что отличало греков — так это то, что они жили рядом с лидийцами, которые придумали деньги. В отличие от других соседей, таких, как финикийцы и персы, которые уже имели сложные социальные системы без денег, греки не представляли собой сформировавшуюся цивилизацию, и принятие денег быстро продвинуло их вперед, позволив опередить другие народы региона. Греция стала первой цивилизацией, трансформированной деньгами, но в относительно короткое время все культуры последовали за греками тем же путем и претерпели те же метаморфозы.

Человечество нашло много способов навести порядок в своем бытии, и деньги были одним из самых важных. Деньги были выдумкой исключительно человека, и в этом они сами по себе были метафоричны, они занимали определенное положение. Они позволили людям организовать свою жизнь в немыслимо сложных формах, недоступных до введения денег. Это метафорическое качество отводит деньгам центральную роль в определении понятий жизни.

Деньги являют собой бесконечно расширяющийся способ структурирования ценностей и социальных отношений — личных, политических, религиозных, а также коммерческих и экономических.

Всюду, куда приходили деньги, они создавали рынки. Деньги создали новую городскую географию, способствуя росту городов, сконцентрировавшихся вокруг рынков, а не дворцов. Обмен товарами вызвал необходимость новых коммерческих путей на суше и на море от одного городского центра к другому, связав таким образом Грецию и соседние земли новой паутиной коммерции.

Эта новая социальная сеть, основанная на коммерции и деньгах, вызвала подъем новой политической системы. Филипп из Македонии увидел возможность свести вместе все эти взаимосвязанные точки в единое царство под своим управлением. Его сын Александр распространил эту империю на другие части света, хотя они еще и не были включены в новую коммерческую культуру. По мере завоевания новых земель Александр основывал новые торговые города, которые часто называл своим именем, объединяя эту землю с растущим коммерческим миром своей империи. В Египте он основал Александрию на Средиземном море, дабы она служила связующим звеном между коммерческой Грецией и более изолированными богатствами долины Нила.

Благодаря Александру греческий язык стал языком коммерции. Торговцы в дельте Нила, на острове Сицилия, на побережье Туниса и в городах Израиля использовали греческий как язык торговли.

Греческий, на котором говорили на рынках Иберии и Палестины, не был классическим греческим языком Аристотеля и уж точно не древним греческим языком Гомера. Торговцы использовали простой, почти жаргонный торговый греческий язык, но он оказался способным нести великие идеи далеко за пределы потребностей простого рыночного обмена. Рынки Средиземноморья стали центрами обсуждения нового вида религии. Последователи Христа пользовались упрощенным рыночным греческим языком для распространения своих идей от одного рынка к другому. Ученики и последователи Христа проповедовали на рынках таких городов, как Эфес, Иерусалим, Дамаск, Александрия и Рим. Они записывали свои истории на этом рыночном греческом — иногда его называли «бедным греческим языком бога» — и их писания стали Новым заветом.

До возникновения греческой коммерческой системы каждая страна имела своих собственных богов. Боги египтян отличались от богов греков или персов. Общая коммерческая культура, однако, создала возможность для появления общей религии, открытой для всех. Христианство распространилось по городам Средиземноморья как абсолютно новая и революционная концепция в религии. Это была уникальная городская религия, не имевшая ничего общего с богами плодородия или «погодными» богами солнца, ветра, дождя и луны, которые ассоциировались с крестьянами. Это была первая религия, которая стремилась переступить через социальные и культурные различия людей и объединить их в единый мир религии. Ее последователи активно пытались сделать христианство универсальной религией, и они делали это точно таким же путем, как деньги создавали универсальную экономику.

Появление первых монет в Лидии положило начало революции в коммерции, которая почти сразу же распространилась на городскую планировку, политику, религию и интеллектуальные занятия. Это создало совершенно новый способ организации человеческой жизни. Почти через пять веков быстрых социальных изменений все эти силы оказались в фокусе возникновения нового типа империи с центром в Риме. Эта уникальная империя была великим продолжением классической цивилизации, созданной деньгами, но она также явилась началом конца денег, как системы, базирующейся на металлических монетах. Рим стал и кульминацией классического мира, и его разрушителем.