Первое государство благоденствия

Члены элиты, которые окружали императора, были не только людьми, извлекающими для себя пользу из успехов Рима. Начиная с республики и до образования империи, римские политики обнаружили, что они могут усилить свою власть, подкупая массы хлебом и зрелищами. В дополнение к экзотическим бесплатным представлениям, которые организовывались в Колизее, политики в значительной мере освобождали граждан Рима от налогов, раздавали им субсидированную и просто бесплатную пшеницу, которая поступала в качестве налогов или дани из различных районов империи. Эта практика быстро стала институтом общественного вспомоществования.

Когда Юлий Цезарь пришел к власти, почти одна треть народа, примерно 320 ООО человек, получали бесплатную пшеницу как государственную помощь, но путем мастерского маневрирования он сократил их количество более чем на половину, до все еще существенной цифры — 150 ООО. После убийства Цезаря эта цифра начала снова расти, а привилегии увеличиваться. В дополнение к пшенице император Люций Север давал жителям Рима оливковое масло; время от времени императоры раздавали наличные деньги как часть государственного вспомоществования. Император Аврелий, получивший титул Восстановителя империи, сменил раздачу пшеницы на паек хлеба, чтобы можно было экономить на выпечке. Он также субсидировал вино, соль и свинину.

Как и повсюду, когда бремя налогов стало невыносимо тяжелым в сравнении с льготами и услугами, предоставляемыми правительством, римляне нашли пути уклонения от налогов. Торговля сокращалась. Люди производили больше того, в чем нуждались сами, и меньше торговали на рынке. В то время как бедняки страдали от тяжелых налогов на собственность, огромные поместья (латифундии) - росли, особенно те, которые были освобождены от налогов. Высокие налоги заставляли крестьян оставлять свою землю и перебираться в освобожденные от налогов поместья, где они по меньшей мере имели постоянно еду и важнейшие товары, производимые в самом поместье.

Люди покидали маленькие фермы и города, огромные поместья росли и, в конце концов, поскольку уровень развития торговли был недостаточным для поддержания их жизнеспособности и деятельности, большие города пришли в упадок и пали жертвой полчищ мародеров. Хотя никто в то время не думал в терминах экономической политики, именно общая политика правительства задушила экономику Рима и большей части остального Средиземноморья, а также Европы. Императоры видели признаки смерти в экономике и предложили энергичные меры для ее возрождения, но эти меры только ухудшили ситуацию.

Диоклетиан, правивший с 284 по 305 год, был в некотором смысле первым современным правителем, который попробовал отрегулировать и навести порядок в экономике, признавая тот факт, что она является истинным мотором империи. Для сохранения системы Диоклетиан в 301 году выпустил указ о ценах, который замораживал все цены и зарплаты. На практике, однако, вместо замораживания цен указ вынудил торговцев и фермеров убрать свои товары с рынка. Производство сокращалось.

Диоклетиан далее приказал всем гражданам мужского пола продолжать профессию своих отцов. Сын торговца должен был быть торговцем, фермера — фермером, сын чиновника — чиновником. Сыновья солдат должны были быть солдатами, создавая таким образом наследственный военный класс. Даже сыновья рабочих, которые чеканили монеты, должны были стать работниками монетного двора.

Указ Диоклетиана запрещал крестьянам, обложенным тяжелыми налогами, продавать землю, таким образом навсегда привязывая их к участкам земли — практика, которая предвещала век феодализма. Империя начала приобретать черты статичного, кастового общества — тенденция, которая проявилась более отчетливо в средневековой Европе.

В последние века Римской империи у императоров не было дееспособной валюты; как древние предшествующие империи, Рим обратился к принудительному, как воинская повинность, труду, чтобы удовлетворить свои нужды. Правительство часто не позволяло своим гражданам платить налоги обесцененными деньгами, которые оно все еще выпускало; вместо денег чиновники требовали плату в товарах, продуктах или труде.

Поскольку налоговая политика продолжала подавлять производство и коммерцию, императоры сталкивались со все большими трудностями в обеспечении армии и чиновников снаряжением и товарами, необходимыми для управления обширной, но сокращающейся империей. Рынок увядал; даже император не мог больше зависеть от открытого рынка, который обеспечивал бы его обувью, доспехами, оружием, седлами, палатками и другими товарами, нужными для армии. В отчаянии Диоклетиан создал государственные цеха по производству вооружения. Вследствие упадка финансируемых частным образом морских перевозочных компаний и других транспортных предприятий, Диоклетиан также создал правительственные перевозочные компании.

Задолго до конца III века эти изменения сделали императора и правительство крупнейшими производителями в империи, в дополнение к тому, что они являлись крупнейшими владельцами земли, шахт и каменоломен. Шаг за шагом имперское правительство установило прямое управление экономикой, вытеснив мелких, независимых торговцев, землевладельцев, производителей и предпринимателей.

Правительственные мастерские и транспортные системы никогда не работали так эффективно, как старые, которые базировались на сети связей среди многих различных торговцев. Создание этих мастерских еще больше затруднило коммерцию и заставило частных предпринимателей или уйти из бизнеса, или попасть в полную зависимость от правительственных контрактов. Все большая часть экономики попадала под прямой контроль чиновничества, которое потребляло все больше произведенных государством сельскохозяйственных и промышленных товаров. В последние десятилетия своего существования Рим стал еще одной управляемой государством экономикой, империей без денег и рынка. Рим переродился в дворцовую систему, более похожую на фараонский Египет или императорский Китай, нежели на республиканскую систему, на которой он был построен.