Глупость Никсона

Отягощенные внутренними экономическими проблемами, когда война во Вьетнаме вызвала страшное напряжение в экономике, США переживали суровую инфляцию. Президенту Никсону, как и президенту Джонсону, было трудно выбить из конгресса достаточное количество денег на войну во Вьетнаме. Конгресс не повышал налоги для оплаты войны. Столкнувшись с непопулярной войной, финансировать которую у американского народа не было никакого желания, Никсон и Джонсон финансировали ее тем способом, каким это делали все правители многие века — путем займов. Они заняли миллиарды долларов, и по мере их расходования, за счет резкого увеличения денежных резервов развивалась инфляция. Соединенные Штаты уже больше не могли компенсировать свои деньги на мировом рынке золотом.

Чтобы получить еще больше денег, необходимых для войны, Никсон придумал смелую новую экономическую политику, которую он разработал вместе с секретарем Казначейства Джоном Конноли, бывшим губернатором Техаса. Единственно, чем прославился Конноли на своей государственной должности, было то, что он по воле случая оказался сидящим рядом с президентом Джоном Ф. Кеннеди в Далласе в тот роковой день 1963 года, когда на того было совершено покушение, и он был ранен. У Конноли была репутация жесткого политика, некоего слабого подобия более известного техасского политика Линдона Джонсона, но он определенно не проявлял никаких талантов в сфере экономики или финансов. Это стало ясно позже, когда он обанкротился и был вынужден провести публичный аукцион для распродажи своего имущества в доме в Техасе. По плану Никсона—Конноли президент обратился с просьбой ко всем бизнесменам заморозить цены, заработную плату и ренты, чтобы одолеть инфляцию, и установил десятипроцентную добавочную стоимость на большую часть импорта, чтобы содействовать выравниванию торгового баланса. Чтобы обеспечить выполнение мер по замораживанию, он попросил граждан сообщать федеральному правительству обо всех, кто поднимал цены или ренты. Почти незамеченным среди всех этих драматических и беспрецедентных политических мер в экономике в мирное время осталось закрытие Ричардом Никсоном «золотого окна». Это означало, что доллар отныне поддерживался не на уровне специфической стоимости какого-либо товара, а лишь в соотношении со всеми другими валютами. Тяжело раненный доллар США стал еще одной потерей во времена вьетнамской войны.

Из всех советников Никсона лишь Пол Мак-Кракен резко выступил против замораживания цен. Немногие комментаторы обратили внимание на то, что напоминало странный монетарный пережиток викторианской эпохи, которому не было места в мире атомных бомб и компьютеров. Золотой стандарт казался неуместным в современный век, где доллар правил как самая могущественная валюта в мире и где большинство других валют были основаны на его стабильном, как казалось, курсе. Никсону и Конноли удалось убедить американскую общественность в том, что, закрыв золотое окно, они делают сильный ход против иностранных спекулянтов. Этот ход, однако, завершил эру стабильности и наибольшего экономического расцвета и производительности в истории американского доллара. Доллар так больше и не восстановил свою историческую силу, так же как он с тех пор больше не пользовался таким доверием, какое испытывал мир к нему до этой меры Никсона.

В марте 1972 года чиновники правительства США девальвировали доллар до 38 долларов за унцию золота. В следующем году они были вынуждены снова девальвировать его до 42,22 доллара. Правительство Швейцарии объявило, что, начиная с 24 января 1973 года, оно больше не будет поддерживать доллар золотом, и ее примеру быстро последовали другие государства. Даже при том, что в золоте нет ничего такого, что делало бы его ценным, простой опыт показывает, что на протяжении всей истории люди высоко ценили золото. Золото, серебро и в меньшей степени платина и другие драгоценные металлы и камни неизменно обеспечивали финансовое прибежище для людей всего мира во времена экономической нестабильности и политической опасности.

Несмотря на действия Никсона, многие американцы до сих пор убеждены, что их деньги обеспечены золотом в Форте Нокс. Они не понимают, что золото не имеет никакого отношения к их деньгам, что фактически за американским долларом не стоит ни золото, ни серебро. В период между декретами Франклина Рузвельта в 1933 году и действиями Ричарда Никсона в 1971 Соединенные Штаты отошли от доллара, основанного на драгоценных металлах, и перешли к доллару, основанному лишь на правительственных указах. Сегодняшний американский доллар — это не более, чем просто бумажка, не обеспеченная золотом, опирающаяся на указ правительства и доверие людей к этому указу. Доллары, за которыми стояли золотые банкноты и серебряные сертификаты, давно уступили место банкноте Федерального резерва. Фраза «Подлежит оплате по требованию предъявителя» была заменена на «В Бога мы веруем».

Разорвав связь между золотом и долларом, Никсон позволил цене на золото расти без ограничений, а цене доллара свободно колебаться относительно английского фунта, немецкой марки, японской иены, швейцарского франка и всех других мировых валют. И она действительно колебалась. Поначалу эти колебания были вполне умеренными, но, поскольку цена доллара все снижалась, колебания происходили все более резко, и не успевала она набрать прежнюю высоту, как снова устремлялась вниз. Прежде чем все поняли, как это произошло, доллар оказался на крутом спуске, но японская иена и немецкая марка, казалось, были на пике подъема.

Унция золота, стоившая в 1971 году 35 долларов, поднялась в цене примерно до 400 долларов к 1995 году. Марка, которая стоила 24 доллара, подорожала до 75 долларов, а иена, которую продавали в соотношении четыре к одному пенни, теперь стоила больше одного пенни. Пока доллар метался то вверх, то вниз, валюты более бедных стран, таких как Перу и Боливия, некогда привязанные к доллару, отошли от него. Другие же, такие как мексиканский песо, «потеряли свои колеса», и даже канадский доллар ослабел и пошатнулся. Без дисциплинирующего золота стоимость денег в XX веке постоянно снижалась. Как задавался вопросом Чосер в прологе к «Кентерберийским рассказам»: «если ржавеет даже золото, что тогда остается железу?»

1 октября 1995 года Берлингтонская Тихоокеанская корпорация рассчиталась со своими держателями облигаций за серию, выпущенную в 1895 году железнодорожной компанией «Атчисон, Топека и Санта Фе». На протяжении многих лет по облигациям с перебоями выплачивались 4%, которые держатели облигаций, как предполагалось, должны были получать ежегодно. Потомки первоначальных покупателей облигаций получили в 1995 году доллары, стоимость которых составила меньше 0,07 доллара 1895 года. Это означало, что покупательная способность 1000 долларов в 1995 году была меньше на 70 долларов, по сравнению с 1895 годом. Снижение стоимости доллара относительно золота еще более абсолютно. Железнодорожные облигации были выпущены с гарантией, что они будут оплачены золотыми долларами. В 1895 году никто не мог предвидеть, что Франклин Рузвельт объявит все золотые платежи недействительными и что Верховный суд США утвердит эти действия. Если бы те же люди, которые купили в 1895 году облигацию на 1000 долларов, вместо этого купили бы золото по текущей цене 20,67 доллара за унцию, они получили бы немногим меньше трех фунтов золота (48,37 унции). Если бы они передали своим потомкам золото, а не облигацию, то в 1995 году при цене примерно 380 долларов за унцию золотой брусок принес бы им 18 384,13 доллара. С золота не выплачивались бы проценты в промежуточные годы, но цифры показывают, насколько доллар подешевел относительно золота. В 1995 году стоимость золотого бруска более чем в 18 раз превышала бы номинальную стоимость облигации, при том, что в 1895 году у них была одинаковая цена.

На протяжении XX века контроль правительств над деньгами чрезвычайно усилился практически во всех частях света. Это усиление позволяло властям печатать больше денег, делать займы и предпринимать все, что угодно, когда им нужно было увеличить расходы или урегулировать экономические проблемы. По мере увеличения расходов правительств их власть над экономикой усиливалась тысячами разных способов. Уже более не сдерживаемые необходимостью иметь особый золотой запас на каждую выпускаемую денежную единицу, правительства просто выпускали больше денег для финансирования своих новых предприятий.

Политики всегда могут найти причины для самовольного вмешательства в денежные дела: они часто начинают борьбу с каким-нибудь большим злом на горизонте или для того, чтобы предотвратить страшную катастрофу, нависшую над будущим детей. Когда Франклин Рузвельт отменил золотой стандарт внутри Соединенных Штатов, у него была веская причина для этого — покончить с депрессией, а затем воевать во Вторую мировую войну. Затем Соединенные Штаты должны были восстанавливать Европу и бороться с коммунизмом, что вело к еще большим долгам. Линдон Джонсон подталкивал политиков накопить еще больше долгов для того, чтобы воевать во Вьетнаме и одновременно вести борьбу против бедности внутри страны. Вместо того, чтобы коренным образом изменить политику Джонсона, когда стало очевидно, что Соединенные Штаты проигрывают обе войны, Ричард Никсон полностью отменил золотой стандарт для доллара. С обретением финансовой свободы, полученной вместе с новыми легко доступными деньгами, политики как правого, так и левого толка смогли финансировать любые свои малые проекты — строить новые скоростные шоссе и штамповать продукты питания, исследовать космическое пространство и выделять больше субсидий на развитие сельского хозяйства, предоставлять внешнюю помощь и развивать городское строительство, производить оружие для звездных войн и делать пожертвования на искусство, проводить исследования в области онкологии и бороться с наркоторговлей. У страны было достаточно денег для финансирования жестоких дружественных диктаторских режимов и для вторжения в малые страны или оплаты там партизанских войн против недружественных диктаторов. Казалось, каждый мог иметь все. Политики, лоббисты и особые интересы включались в магическую формулу генерирования богатства из воздуха.

Символично, что усиление государственного контроля за деньгами можно проследить по изменениям дизайна монет и банкнот. В ранней истории все монеты США несли образ индейца, какого-то божества, животного или аллегорической фигуры, символизирующей свободу, вольность или какой-то другой абстрактный идеал. Начиная с 1909 года, однако, правительство отказалось от изображения головы индейца на пенни в пользу изображения Линкольна. Впоследствии каждая монета по очереди была изменена и на ней появились изображения того или иного американского политического деятеля. Первые портреты принадлежали отцам-основателям, но постепенно начали появляться изображения более современных политиков. Статуя свободы на 25-центовой монете превратилась в Джорджа Вашингтона. Серебряный доллар с изображением коронованной Свободы превратился в доллар Эйзенхауэра, пятицентовая монета с изображением американского бизона превратилась в монету Томаса Джефферсона, а десятицентовая монета с изображением крылатого Меркурия, известная также как «десять центов свободы», обрела портрет президента Франклина Рузвельта. Пятидесятицентовая монета с изображением Сидящей Свободы превратилась в пятидесятицентовую монету Бенджамина Франклина, а затем в полдоллара Джона Кеннеди. Бумажные банкноты, на которых были изображены сцены из американской истории, аллегорические образы, похожие на те, что изображались на монетах, также были заменены портретами политиков. Самая крупная банкнота, когда-либо выпускавшаяся в Соединенных Штатах, была золотым сертификатом в 100 000 долларов с портретом президента Вудро Вильсона.

С этими изменениями Соединенные Штаты полностью перешли от денег, обеспеченных и компенсируемых золотом, к денежной системе, опиравшейся лишь на политику, проводившуюся политическими деятелями, бюрократами и правительственными организациями. Деньги перестали быть самостоятельной ценностью; они теперь полностью зависели от доверия народа к своей политической системе и ее лидерам. Федерализация денег в Соединенных Штатах началась в 1863 году после того, как был принят Законодательный акт о национальной банковской системе, и завершена в 1971 году, когда президент Никсон отменил золотой стандарт. На первом этапе с 1863 по 1913 год федеральное правительство наделило банки правом выпускать бумажные деньги, обеспеченные федеральными золотыми запасами. Федеральная власть усилилась еще больше в 1913 году, когда была учреждена Федеральная резервная банковская система, которая постепенно брала на себя выпуск бумажных банкнот, которые все еще были обеспечены золотом и серебром. Благодаря усилиям Франклина Рузвельта и Ричарда Никсона, федеральное правительство сохранило монополию на выпуск денег, но последние уже больше не были обеспечены золотом. В течение одного века Соединенные Штаты заменили свою систему, при которой федеральное правительство выпускало золотые и серебряные монеты, а частные банки выпускали бумажные деньги, опиравшиеся на те же монеты, системой, при которой федеральное правительство контролировало все выпускавшиеся деньги, обеспеченные только его авторитетом.

XX век стал эрой повсеместного правительственного регулирования валютных систем. В соответствии с модными теориями того времени оказалось, что хорошие, мудрые люди, принимающие решения в правительстве или в правительственных институтах, защищенных от общественного мнения, могут осуществлять рациональный и методичный контроль за деньгами. Они могут применять в качестве беспристрастного термостата специфические методы, прекрасно настраивать экономику, устанавливая процентные ставки, например, или контролируя количество иностранной валюты, которое банки могли покупать и продавать.

Политический энтузиазм XX века также выступал в поддержку руководства правительства всем — от ликвидации бедности и расизма до лечения рака и перхоти, от управления транспортными системами до регулирования сексуальной жизни и контроля за рождаемостью. Разные правительства вели идеологическую войну против потенциальных противников — против коммунизма, капитализма, фашизма, нацизма или разных форм фундаментализма — и строили ракеты с целью освоения Луны и космических исследований. К концу века стало очевидно, что правительства некоторых государств взяли на себя слишком большую ответственность, с которой они не могли должным образом справиться. Коммунистические правительства, которые присвоили себе самую большую роль, просто потерпели крах и стали неспособны выполнять даже самые базовые функции. Более богатые демократии Запада просто споткнулись. Они не потерпели крах, но народу стало ясно, что правительство, которому трудно доставлять вовремя почту, так же трудно управлять и валютной системой, и присматривать за экономикой. Правительство, которое не способно взять под контроль торговлю кокаином и героином, может столкнуться с трудностями и в вопросе о страховании валютной системы. Правительство, которое не может сделать безопасными улицы для своих граждан И даже школьные участки для детей и учителей, может иметь проблемы и с обеспечением безопасности валютных запасов нации, и в борьбе с коррупцией.