Стоимость наличных

В среде бедных людей наличные деньги остаются самым ценным подарком на протяжении всей жизни. Наличные деньги там дарят в день рождения, там могут в буквальном смысле этого слова пустить шапку по кругу ради друга, попавшего в беду, или пользоваться деньгами при выполнении некоторых обрядов. У некоторых групп сельского населения и в рабочей среде принято, чтобы гости публично дарили деньги невесте, иногда набивая ими ее одежду или прикалывая их к ее платью. У американских индейцев принято исполнять на их собраниях танец с одеялом, во время которого гости бросают деньги на одеяло для тех, кто нуждается. Подобным же образом гости бросают деньги на барабан в конце собрания, чтобы помочь группе барабанщиков покрыть расходы.

Когда бедные экономят деньги, они часто делают это, вкладывая их в товары, которые легко продать или заложить, когда понадобятся наличные. Во многих районах Ближнего Востока те, кто победнее, покупают браслеты на щиколотку и другие золотые украшения для своих жен и других женщин своей семьи всегда, когда им нужен запас денег. Эти очень легкие золотые или серебряные украшения обычно покупаются и продаются на вес. В отличие от украшений из металла мужчины покупают относительно мало драгоценных камней, потому что их ценность гораздо труднее определить с точки зрения чистоты, прозрачности и шлифовки. В тяжелые финансовые времена или тогда, когда им нужно купить что-либо более дорогостоящее, например, животное или участок земли, они могут легко продать на вес золото или серебро (на которых проставлена проба, означающая стандартизированные единицы чистоты) в магазинах разных торговцев.

Когда правительства мира чеканили серебряные и золотые монеты, бедный люд использовал монеты в качестве украшений. Они нашивали их на свою одежду или прикрепляли их к серьгам, ожерельям, браслетам и поясам. Монеты лучше сохранялись, когда их носили на теле, и в то же время они были легко доступны, так как в случае необходимости их можно было легко снять и использовать для оплаты. На Ближнем Востоке женщины обычно носили семейные деньги как драгоценности, а мужчины гаучо Аргентины делали кожаные пояса шириной в один фут и набивали на них большие серебряные монеты из Перу и других районов Южной Америки, где добывалось серебро.

Такие слова, как цехин, произошли из практики использования золотых и серебряных монет в качестве драгоценных украшений или украшений, нашитых на одежду. Это слово произошло от слова zecchino (цехин) — монеты, которую чеканили в Венеции в разнообразных деноминациях и широко применяли в Оттоманской империи в качестве денег и украшений на шарфах, вуалях и другой женской одежде. Менее распространенное английское слово «византин» имеет сходное значение, но относится к декоративным дискам в архитектуре и происходит от названия мелких золотых монет Византии. Когда правительства девальвировали свои валюты в XX веке и изъяли из них драгоценные металлы, бедный народ стал меньше использовать деньги в качестве украшений. Вместо этого они стали покупать больше золотых и серебряных драгоценностей, которые служили той же цели, но сохраняли свою стоимость, вне зависимости от того, какое правительство находится у власти, или какая оккупационная армия, какой религиозный идол и какая политическая партия могла прийти и уйти.

Крестьяне и другие бедняки во многих обществах покупают такие высокопрестижные и дорогие изделия, как часы, даже если они не показывают время, или видеомагнитофоны и телевизоры, даже если у них нет в доме электричества. Хотя со стороны это может показаться нелогичным, но эти изделия представляют собой вид инвестиции или экономии. Поскольку товар имеет высокий престиж, его легко продать, когда владелец нуждается в деньгах. Может оказаться, что стоимость часов или телевизора, пусть они даже и бесполезны для их владельца, будет более стабильна в долговременной перспективе, чем сами деньги. И все же цель состоит в том, чтобы приобрести изделия, которые можно легко превратить в наличные или использовать при необходимости.

Экономика гетто, бедных кварталов от Мехико до Милуоки и от Сиэтла до Стамбула, крутится вокруг наличных денег, но те же наличные, на которых держится экономика бедных, создают барьеры для их участия в общей экономике, основанной на операциях с чеками, пластиковыми карточками и электронными импульсами. Все общество воздвигло собственные стены, чтобы отгородиться от гетто и не дать наличным проникнуть оттуда в экономику среднего класса. Пусть и незаметно для большинства людей, но в повседневной жизни эти барьеры создают полоски земли, подобные Университетскому авеню, в городах всего современного мира.

В Соединенных Штатах и других странах Запада закон и деловая практика весьма затрудняют для большинства людей перевод больших сумм наличных денег. Банки должны сообщать о сделках в наличных свыше 10 000 долларов правительству, хотя подобные требования не распространяются даже на более крупные суммы, если они переводятся по кредитной карточке, чеку или электронной технике. Департамент государственных сборов и Федеральное бюро расследований с подозрительностью относятся к отдельным личностям или предприятиям, которые, по их мнению, превышают соответствующий объем наличных денег при заключении сделок.

Обладатели счетов в иностранных банках, пользующиеся электронной почтой для перевода денег, могут ворочать миллионами долларов ежедневно без какого-либо контроля со стороны правительства, но при этом те, кто въезжает в Соединенные Штаты, обязаны указать в декларации на таможне США сумму, превышающую 10 000 долларов, и теряют деньги, превышающие сумму, обозначенную ими в декларации. Гораздо легче перевести миллиард долларов из банка Токио в банк Атланты, чем пересечь границу на автомобиле из Ванкувера или прилететь на самолете в Даллас с суммой более 10 000 долларов наличными.

Поскольку люди из гетто полагаются на наличные, но сталкиваются с большими трудностями при переводе их в основные финансовые институты, иногда они накапливают большие суммы наличных. Вместе с наличными, которыми распоряжаются сутенеры, торговцы наркотиками, букмекеры и другие представители нелегального бизнеса, торговые и другие легальные предприятия часто располагают гораздо большими суммами наличных по сравнению с бизнесом в более боватых кварталах.

Люди, проживающие в гетто, часто носят с собой более крупные суммы денег, чем богачи, чьи карманы заполнены счетами и банковскими карточками. Мужчины могут носить пачки банкнот, перевязанных резинкой. Женщины часто носят наличные в кошельках или прячут деньги в одежде. Вполне вероятно, что такие люди хранят наличные дома в консервной банке у задней стенки шкафа, в пластиковой бутылке в кухне, под матрацем или даже в вошедшем в поговорку, кувшине кухарки.

В гетто все знают, кто вероятнее всего имеет наличные. Кроме владельцев магазинов и управляющих мелкими предприятиями, люди с деньгами — это те, кто регулярно получает чеки от правительства — матери-одиночки, получающие пособие, и старики, получающие социальную страховку или пенсии, которые они превращают в наличные. Такие люди, особенно старики, не имеющие семьи, часто становятся жертвами преступлений.

Некоторые старики выходят из дома только в дневное время, другие вовсе не выходят из дома. Тем, кто живет в государственных домах, часто приходится хуже всех, особенно если они живут среди психически больных, выпущенных из лечебницы, наркоманов и алкоголиков, находящихся на лечении, или и бывших заключенных, освобожденных под честное слово. В некоторых многоэтажных домах пожилые пенсионеры не могут выйти из своих квартир или проехать на лифте, боясь нападения и ограбления молодыми мальчишками и девчонками лет тринадцати-четырнадцати. Если у таких людей нет родственников, которые могли бы им помочь, они должны платить кому-либо, часто такому же пожилому человеку, за то, что он обналичит их чеки и принесет им продукты, лекарства и другие необходимые вещи. Находясь в ловушке день и ночь в собственных домах, эти пожилые люди в буквальном смысле становятся узниками гетто наличных денег.

Воры идут туда, где есть деньги, а много денег, по крайней мере наличных, в современных городах можно найти в беднейших районах. Часто грабитель может украсть столько же в местном магазине, торгующем спиртными напитками, или в конторе, занимающейся обналичиванием чеков в гетто, сколько в пригородном банке. Более того, ограбление банка является федеральным преступлением, в расследовании которого принимает участие ФБР, в то время как вору, ограбившему местный магазин спиртных напитков или контору, обналичивающую чеки, надо бояться лишь местной полиции или полиции штата.