Эпоха викингов и источники ее изучения

Изучение эпохи викингов

Такие основополагающие понятия, как «эпоха викингов» и «викинги» часто будут встречаться на страницах этой книги. Хотя они и базируются на традиционных представлениях, следует, очевидно, дать некоторые пояснения. Первое понятие означает определенный исторический период, второе — связано с народами, населявшими Скандинавию. Происхождение слова «викинг» до сих пор нам точно неизвестно и служит предметом многочисленных дискуссий. Мы знаем лишь, что в самом конце эпохи викингов это слово обозначало того, кто сражается на море, морского разбойника или просто разбойника (западно-скандинавское vikingr) и, вместе с тем, означало также «военный поход» или «опустошение», «разграбление» (западно-скандинавское viking). Таким образом, викингами называли тех скандинавов, кто занимался завоевательными походами, жил за счет добычи, захваченной на море или в других землях. Однако за пределами Скандинавии выходцев из этого региона называли:«язычники», «норманны», «люди с севера», «даны», «русь», «чужеземцы». На Руси их называли «варягами» Случалось и так, что авторы, повествующие о них, подчас не знали, из какой именно скандинавской страны происходили те или иные викинги, и называли их, например, «данами», тем самым привязывая их к определенному географическому региону, хотя на самом деле дружина викингов могла состоять из представителей самых разных местностей Скандинавии.

Наши знания о викингах, их жизни и деятельности дома и за рубежом основываются на обширном материале самого различного свойства. Это, во-первых, письменные источники, (сюда входят, в частности, рунические надписи на памятных камнях, которые обыкновенно воздвигались в эпоху викингов), во-вторых, географические названия, имена собственные, археологические находки в самом широком смысле этого слова (например, продукты жизнедеятельности человека, фрагменты растений и животных и тому подобное), а так же сведения о климатических условиях, рельефе местности и так далее. Каждая группа источников требует надлежащего осмысления, что вызывает множество проблем. В силу этого для решения подобных задач привлекается целый ряд смежных отраслей науки, таких как история, литературоведение, языкознание, топонимика, археология, нумизматика, зоология, геология и многие другие. Каждая из этих наук в той или иной мере вносит свой вклад в изучение эпохи викингов. Благодаря этому, мы имеем возможность осветить эпоху викингов с самых разных сторон. А для выработки общей концепции чрезвычайно важно сохранять и поддерживать традиции сотрудничества как между представителями различных отраслей науки, так и между учеными разных стран.

В условиях постоянного пополнения знаний об эпохе викингов и обновления проблематики, наши представления о ней постоянно подвергаются переосмыслению. Так, например, начало эпохи викингов больше не относят столь безоговорочно к 793 году, то есть к дате первого письменного свидетельства о грабительском походе викингов в Западную Европу и о разграблении ими монастыря в Линдисфарне (Северо-Восточная Англия). Теперь у нас имеются косвенные доказательства, говорящие о несколько более ранних набегах на Запад. А выходцы из Швеции уже до того проявляли активность на Востоке. И что не менее существенно, было обнаружено достаточно важных признаков того, что структура общества, экономика и новый тип поселений во всей Скандинавии стали складываться уже в 700-е годы. Тем не менее правильнее будет отнести начало эпохи викингов к концу 700-х или началу 800-х годов, потому что именно на этот период приходится активизация викингских походов и расширение экспансии, то есть те факторы, которыми в первую очередь характеризуется эпоха викингов.

Что касается завершения эпохи викингов, то его обычно связывают с ситуацией в Англии, и в частности, с 1042 годом, годом смерти последнего скандинавского короля, правившего в этой стране, то есть короля Хардекнуда. Но ведь со смертью короля все скандинавы не исчезли с английской земли, и во многих местах этого королевства владычество скандинавов продолжалось вплоть до 1100-х годов. Так было, например, в Дублине. А в других регионах и в частности на Оркнейских и Шетландских островах, на Гебридах и острове Мэн власть скандинавов просуществовала еще дольше. Зато в некоторых других регионах, скажем, в Рейнланде, их владычество прекратилось гораздо раньше, чем в Англии. Тем не менее, следует признать, что во второй половине XII века военные акции викингов, предпринимавшиеся с традиционной целью обогащения, прекратились почти полностью, и это дает нам веские основания соотнести рубеж завершения эпохи викингов с этим периодом. Таким образом, хронологические границы эпохи викингов теперь могут быть установлены более точно. С другой стороны, наши представления об уровне техники в эпоху викингов, равно, как и другие наши гипотезы, в последнее время претерпели коренное переосмысление. Так, например, суда викингов на иллюстрациях прошлых столетий (то есть до того, как при раскопках были обнаружены их корабли) изображались похожими на корыта. Авторы этих рисунков исходили из представлений о том, что скандинавы были варварами с чрезвычайно низким уровнем техники. Но в последнее время археологами было обнаружено множество остатков викингских кораблей, которые, судя по всему, выглядели весьма элегантно и обладали превосходными мореходными качествами. При археологических раскопках были обнаружены также города, крепости, мосты, и эти находки равным образом свидетельствовали о весьма высоком уровне техники и производства в эпоху викингов.

Представления о варварском Севере, основанные отчасти на свидетельствах письменных источников, а отчасти на убеждении, что европейская, христианская культура была более высокоразвитой, нынче оказываются несостоятельным. Сегодня мы стремимся понять культуру прошлого в совокупности. Мы изучаем технику, бытовой уклад и общественное устройство народов прошлого, их экономику и их взаимовлияние друг на друга. Говоря об эпохе викингов, мы вынуждены констатировать, что нам более всего известна жизнь высших классов. Свидетельства об их походах, деяниях и идеалах, как правило, сохранились лучше и изучены более подробно, нежели жизнь простого народа. Появилось понимание того, что обширный скандинавский регион, несмотря на существенные общие черты, все же состоял (и состоит) из различных обособленных районов, во многом отличных друг от друга, и это также способствовало выработке более точных представлений о нем. Существовали как территориальные различия, так и различия в историческом развитии. Следовательно, сведения о жизненном укладе какой-либо отдаленной усадьбы в Северной Норвегии в 800-е годы никак не могут помочь нам уяснить для себя быт людей, погребенных близ Бирки в 900-е годы, так как они испытывали на себе влияние Востока. Необходимо также принимать во внимание условия жизни викингов у себя дома, а иначе их подвиги на чужбине предстанут перед нами малопонятными, разрозненными эпизодами.