Распространение христианства

Миссионеры и христианская религия распространялись на север и на восток. Возникали все новые епископаты и епископские резиденции. Все большие группы населения и целые страны принимали новую веру, хотя в Норвегии и Швеции сторонники языческих верований проявляли недовольство. Обряд крещения означал посвящение человека в новую веру, и иногда он производился впервые, когда человек уже был на смертном одре. Целый ряд памятных камней в Упланде был воздвигнут в память о людях, которые умерли «в белых одеждах». В такие одежды облачали во время обряда крещения, после чего их нужно было носить еще в течение недели.

Какие доводы приводили миссионеры при агитации в пользу новой веры? Прежде всего, христианство было побеждающей религией, получавшей все большее распространение. Бог и Христос были сильными богами, они помогали человеку и оберегали его. В этом убеждало могущество церкви, ее богатство и великолепие, которое можно было наблюдать в чужих землях. Великолепные картины изображали торжествующего Христа. Вместе с тем, очевидна была и слабость прежней религии. Миссионеры сокрушали языческие святыни, и кара за это на них не обрушивалась. Очевидным было и преимущество поклонения одному Богу, нежели многим, к тому же не приносившим никакой пользы. Времена были жестокие, а христианская церковь проповедовала мир и милосердие к ближнему. Лучшие из миссионеров придерживались этих догматов на практике, ведя жизнь праведников. Они приносили себя в жертву, отдаваясь в рабство вместо пленных или выкупая их из неволи, они раздавали милостыню нищим. Проповедуя отказ от насилия, они говорили, что все люди равны перед Богом и что удача в жизни зависит лишь от поступков самого человека. От него самого зависело, придет ли он «к свету, и к жизни райской», как было сказано на одном из рунических камней в Упланде. Не норны и не воля бога Одина решали участь человека. Все, кто вел праведную жизнь, встретятся в одном и том же царстве мертвых.

К тому же, для королей немаловажным было то обстоятельство, что новая вера означала укрепление центральной власти и в настоящем, и в будущем. Церковь была централизованной организацией, в значительной мере зависевшей от короля. Притом служение Богу теперь осуществляли специальные священнослужители, что устраняло религиозное верховенство местных хевдингов, тем самым ослабляя их власть. Крушение прежних традиций облегчало королям введение новых правил в общественную жизнь и внедрение новых форм правления. Помимо этого, введение христианства помогало налаживать отношения с властными структурами и народами других христианских стран. Если бы король Кнуд Великий оставался язычником, он никогда бы не смог стать королем Англии. Официальная христианская вера не давала возможности правителям других стран осуществлять экспансию под предлогом распространения истинной религии. Добровольный переход в христианство исключал возможность насильственных мер, сопровождавших введение христианской веры.

С целью наибольшего успеха миссионерской деятельности миссионерам приходилось знакомиться с местными обычаями и традициями и осваивать местный язык. Разрешение на ведение миссионерской деятельности обычно приходилось получать от короля или местного владыки. Многие источники сообщают, что миссионеры привозили с собой богатые дары и устраивали празднества. Они считались гостями, и в этом качестве пользовались неприкосновенностью, находясь под защитой местной власти. В христианских источниках перечисляются качества, которые были присущи миссионерам. Они соблюдали заветы Христа, отличались благочестием, ученостью, целомудрием, обладали жизненным опытом, совершали добрые дела, словом, жили в полном соответствии с тем, что проповедовали, Это производило впечатление на язычников. Часто священнослужители выкупали на волю рабов, с тем чтобы обратить их в христианскую веру и сделать их своими помощниками.

Христианство было избранной религией, и потому христиане на считали для себя зазорным сокрушать языческие святыни. До нас дошли рассказы о том, как это происходило в Норвегии и Швеции. Весьма возможно, что такие случаи бывали и в Дании. Адам Бременский указывает, какие соображения могли стоять за этим. Он рассказывает, что благочестивый епископ Адальвард, который около 1060 года миссионерствовал среди свеев в Сиггуне, договорился с епископом Эгино из Сконе вместе отправиться в Упсалу, чтобы разрушить там языческий храм. Потому что «если храм будет разрушен, а еще лучше — сожжен, то обращение населения в христианскую веру произойдет само собою». Однако христианский король Швеции Стенкиль, который пригласил Адальварда в Сиггуну, отговорил их от этого намерения. Он объяснил, что результат будет совсем не тот, какого они ожидают. Свеи предадут их обоих казни, король будет изгнан, а те, кто уже перешел в христианскую веру, вернутся обратно в язычество. Тогда оба епископа отправились в землю гетов и там «сокрушали изображения языческих идолов, и многие тысячи людей были обращены в христианство». Здесь христианская вера уже утвердилась прочно, и потому риск отмщения за поругание языческих святынь был не так уж велик.