Рост производительности труда

Самое широкое применение двигательных сил и совершеннейших машин и инструментов, самое детальное разделение труда и умелое распределение рабочей силы поднимут производство на такую высоту развития, при которой, для удовлетворения необходимого количества жизненных потребностей, рабочее время может быть значительно сокращено. Возрастающее производство пойдет на пользу всем; доля каждого в производстве продукта возрастет вместе с ростом производительности труда, а растущая производительность, со своей стороны, сделает возможным сокращение продолжительности общественно необходимого труда.

Среди двигательных сил, применяемых в производстве, электричество займет, по всей видимости, в будущем важнейшее место. Уже буржуазное общество старается подчинить себе повсюду эту силу. Чем более широко и чем в более совершенной форме это происходит, тем лучше для всеобщего прогресса. Революционизирующее действие этой самой могущественной из сил природы подорвет устои буржуазного мира еще скорее и откроет двери социализму. Но наиболее полное использование и самое широкое применение эта сила получит только в социалистическом обществе. Она будет содействовать улучшению условий жизни общества и как источник двигательных сил и как источник света и тепла. Электричество отличается от всякой другой двигательной силы прежде всего тем, что оно имеется в природе в изобилии. Наши водопады, морские приливы и отливы, ветер, солнечный свет дадут нам бесчисленное множество лошадиных сил, если только мы сумеем осуществить их полное и целесообразное использование.

«Громадное обилие энергии, превышающее все потребности, доставляют те части земной поверхности, на которые солнечная теплота (большей частью не только неиспользуемая, но даже обременительная) притекает столь равномерно, что с ее помощью можно осуществить нормальную деятельность технического производства. Быть может, не было бы излишней предусмотрительностью, если бы какая-нибудь нация уже теперь обеспечила себе использование такой местности. Очень большой площади для этого вовсе не нужно. Нескольких квадратных миль в Северной Африке было бы достаточно для удовлетворения потребности такой страны, как Германская империя. Концентрация солнечной теплоты дает высокую температуру, а значит, и всю остальную двигательную механическую работу, заряжение аккумуляторов, свет и теплоту или, при помощи электролиза, непосредственный горючий материал».[285] Человек, указывающий эти перспективы, не мечтатель, а почтенный профессор Берлинского университета и президент Физико-технического государственного института, человек, занимающий в науке место первого ранга. А на 79-м конгрессе Британской ассоциации, в Виннипеге (Канада), знаменитый английский физик сэр С. Томсон говорил в своей вступительной речи (август 1909 года): «Недалек тот день, когда использование солнечных лучей революционизирует нашу жизнь. Будет покончено с зависимостью человека от каменного угля и водяной силы, и все большие города будут окружены могучими аппаратами, в которых концентрируется солнечная теплота, а полученная энергия собрана в мощные резервуары… Это сила солнца, которая, будучи сосредоточена в угле, водопадах, пище, выполняет все работы на земле. Как мощна эта сила, изливаемая на нас солнцем, будет ясно, когда мы вспомним, что теплота, получаемая землей в полдень при чистом небе, по исследованиям Ланглея, дает энергию в 7 тысяч лошадиных сил на один акр. Если наши инженеры пока не нашли еще пути использовать этот исполинский источник сил, я все же не сомневаюсь, что в конце концов это им удастся. Когда однажды истощатся все земные запасы каменного угля, когда сила воды не будет больше удовлетворять наших потребностей, тогда мы из названного источника будем черпать всю энергию, необходимую для выполнения мировой работы. Тогда промышленные центры будут расположены в раскаленных пустынях Сахары, а ценность местности будет измеряться тем, насколько она пригодна для установки больших уловителей солнечных лучей».[286]

Таким образом будет устранено опасение, что когда-нибудь у нас может появиться недостаток в топливе, а изобретение аккумуляторов сделало возможным сохранение большого количества энергии и сбережение ее в любом месте и на любое время, так что рядом с энергией, даваемой нам солнцем, приливом и отливом, можно будет удержать и использовать силу ветра и горных ручьев, которую можно получать только периодически. В конце концов нет такой человеческой деятельности, для которой не было бы налицо двигательной силы.

Только при помощи электричества стало возможным использование силы воды. По Т. Кэну, в восьми европейских государствах имеется годная для использования водяная энергия:

Из немецких союзных государств Баден и Бавария располагают наибольшими запасами водяной энергии. Баден может только в Обергейме получить круглым счетом 200 тысяч лошадиных сил. Бавария имеет свыше 300 тысяч неиспользованных (наряду со 100 тысячами использованных) лошадиных сил. Профессор Ребок в Карлсруэ оценивает предполагаемую энергию всех текучих вод земной поверхности в 8 миллиардов лошадиных сил. Если из них будет использована только 1/16 часть, то получится 500 миллионов беспрерывно действующих лошадиных сил, то есть такое количество энергии, которое по приблизительному вычислению более чем в десять раз превосходит добытое в 1907 году количество каменного угля (1 миллиард т). Пусть эти вычисления будут только теоретическими, они все же показывают, какие выгоды можем мы предвидеть для себя в далеком будущем от «белого угля». Одно падение Ниагары, вытекающей из озерной области с поверхностью 231 880 квадратных километров — это приблизительно 43 процента всей площади Германии, имеющей 540 тысяч квадратных километров, — дает возможность получить больше водяной энергии, чем ее имеется в Англии, Германии и Швейцарии, вместе взятых.[287] По другому вычислению, цитированному в одном официальном отчете, в Соединенных Штатах Америки имеется пригодная для использования водяная энергия не менее чем в 20 миллионов лошадиных сил, что эквивалентно 300 миллионам тонн угля ежегодно.[288] Фабрики, которые будут двигаться этим «белым» или «зеленым углем», силой бурлящих потоков и водопадов, не будут иметь ни труб, ни огня.

Электричество сделает возможным повысить более чем вдвое скорость наших поездов, и если в начале девяностых годов прошлого столетия г-н Миме из Балтиморы считал возможным построить электрический вагон, способный пробежать расстояние в 300 км в течение одного часа, а профессор Элиу Томсон из Лина (Массачусетс) верил, что возможно построить электромоторы, которые при соответствующем укреплении железнодорожного полотна и улучшении сигнальной системы позволят развить скорость 260 километров в час, то эти ожидания почти сбылись. Пробные поездки, предпринятые в 1901 и 1902 годах воинскими поездами Берлин — Цосен, производились уже со скоростью до 150 километров в час. А во время испытаний, проведенных в 1903 году, вагон Сименса достиг скорости 201, а вагон Всеобщего электрического общества — 208 километров. В следующие годы при испытании скорых поездов с паровыми локомотивами достигнута скорость 150 и более километров в час.

Теперь лозунгом является — 200 километров в час. И на сцене появляется Август Шерль с его новым проектом скорого поезда, передающим существующие теперь железнодорожные линии товарному движению и связывающим наиболее крупные города однорельсовыми поездами со скоростью 200 километров в час.[289]

Вопрос об электрификации железнодорожного дела стоит на очереди в Англии, Австрии, Италии и Америке. Между Филадельфией и Нью-Йорком проектируется электрический скорый поезд со скоростью 200 километров в час.

Таким же образом растет и скорость пароходов. Выдающуюся роль играет при этом паровая турбина.[290] «Она теперь стоит на переднем плане технических достижений и, по-видимому, призвана получить широкое применение в различных областях и вытеснить поршневую паровую машину. В то время как большинство инженеров еще рассматривает паровую турбину как задачу будущего, она уже сделалась вопросом современности и привлекла к себе внимание всего технического мира… Но только электротехника со своими скорыми машинами впервые предоставила широкое поле применения для этой новой машины. Наибольшее количество паровых турбин используется для приведения в действие динамомашин».[291] Паровая турбина показала свои преимущества перед старыми поршневыми паровыми машинами, в частности на океанских пароходах. Так, английский океанский пароход «Лузитания», снабженный паровыми машинами, в августе 1909 года совершил рейс из Ирландии до Нью-Йорка за 4 дня 11 часов 42 минуты со средней скоростью 25,85 узла в час (около 48 километров). Построенный в 1863 году самый быстроходный в то время корабль «Америка» делал 12,5 узла (23,16 километра).[292] И недалек тот день, когда электрический пропеллер найдет применение на больших пароходах. Для маленьких кораблей он уже применяется. Простой уход, верность движения, хорошее саморегулирование, ровный ход делают паровую турбину идеальной двигательной силой для добывания электрической энергии на судне. И рука об руку с электрификацией железнодорожного дела пойдет и электрификация всего судостроения.

При помощи электричества революционизируется также и грузоподъемная техника. «Если сила пара в общем открыла возможность построения подъемных машин, использующих силу природы, то электрическая передача силы произвела полный переворот в строительстве подъемных машин, как только она смогла обеспечить этим машинам легкую подвижность и возможность постоянной эксплуатации». Электричество произвело еще более глубокий переворот в строительстве подъемных кранов. «Подъемный кран, покоящийся на тяжелом фундаменте из квадратных плит, с его массивным клювом из вальцового железа, медленными движениями и с шипением вырывающегося пара производит впечатление чудовища первобытных времен. Будучи установлен, он развивает огромную подъемную силу, но ему нужны люди — подручные, которые при помощи цепей укрепляют грузы на его крюке. Благодаря своей беспомощности в захвате, медлительности и тяжести он используется только для подъема тяжелых грузов, но не для быстрого массового передвижения. Совершенно другую картину представляет уже с внешней стороны современный, движимый электричеством, стальной кран: мы видим изящную стальную решетчатую балку, покоящуюся на площадке и выдвигающую вперед клещеобразную руку, двигающуюся во всех направлениях; все управляется одним человеком, который при помощи легкого нажима на рулевой рычаг направляет электрический ток, действием которого он сообщает быстрое движение стройным стальным членам крана так, что он без помощи подносчика схватывает стальные раскаленные болванки и перебрасывает их по воздуху. При этом нет никакого другого шума, кроме жужжания электромотора».[293] Без помощи этих машин не удалось бы осилить постоянно растущий массовый транспорт. Об увеличении подъемной силы портовых кранов за период с середины до конца XIX столетия говорит сравнение роста портовых кранов в Поле и Киле. Подъемная сила первого равняется 60 тоннам, второго — 200 тоннам. Работа завода бессемеровой стали вообще возможна только тогда, когда пользуются быстродействующими подъемными машинами, потому что в противном случае много расплавленной стали, добываемой в короткое время, невозможно было бы доставить в литейные формы. На заводе Крупна в Эссене работают 608 подъемных кранов с общей подъемной силой в 6513 тонн, то есть равной товарному составу из 650 вагонов. Незначительная стоимость морского фрахта, имеющего жизненно важное значение для современного мирового сообщения, была бы невозможна, если бы капитал, вложенный в судоходство, не использовался так интенсивно благодаря быстрой разгрузке судов. Снабжение судов электрическими подъемными площадками привело к уменьшению годовых расходов с 23 тысяч до 13 тысяч марок, то есть почти наполовину. Этот пример показывает успехи только одного десятилетия.

Во всех отраслях техники сообщения каждый день приносит результаты, пролагающие новые пути. Проблема летания, которая еще два десятилетия тому назад казалась неразрешимой, теперь уже разрешена. И если управляемые воздушные корабли и различные летательные аппараты пока еще служат не для более легкого и дешевого транспорта, а для спорта и военных целей, то в будущем они будут служить увеличению производительных сил общества. Огромные успехи сделала беспроволочная система телеграфирования и телефонирования; ее промышленное значение растет с каждым днем. В течение немногих лет вся связь, таким образом, будет поставлена на новую основу.

И в горном деле, за исключением разработки, мы видим переворот, которого еще десять лет тому назад нельзя было и представить. Переворот этот состоит во введении электрической передачи для откачивания воды, вентиляции, доставки руд по штрекам и из шахт. Электродвигательная сила революционизировала рабочие машины, насосы, блоки, подъемные машины.

Сказочны также те перспективы, о которых говорил весной 1894 года бывший французский министр народного просвещения, парижский профессор Вертело (умер 18 марта 1907 года) в своей речи на банкете союза химических фабрикантов, о значении химии в будущем. Вертело в своей речи нарисовал картину состояния химии приблизительно в двухтысячном году, и хотя его описание содержит в себе много юмористических преувеличений, но все же и многое в нем верно. Вертело показал все те успехи, какие уже сделала химия в течение немногих десятилетий, и среди прочего отметил как ее достижение следующее:

«Изготовление серной кислоты, соды, беление и крашение, свекловичный сахар, терапевтические алкалоиды, газ, позолота, серебрение и т. д.; затем возникла электрохимия, преобразовавшая коренным образом металлургию; термохимия и химия взрывчатых веществ, доставляющая горной индустрии, равно как и военному делу, новые источники энергии; чудеса органической химии в создании красок, благовонных веществ, терапевтических и антисептических средств и т. д.» Но все это лишь начало, скоро будут решены более важные проблемы. В двухтысячном году не будет более ни сельского хозяйства, ни крестьян, ибо химия сделает излишним современное земледелие. Не будет никаких угольных копей и, следовательно, также никаких стачек углекопов. Горючие материалы будут заменены химическими и физическими процессами. Таможенные пошлины и войны отменены; воздухоплавание, пользующееся двигательной силой химических веществ, произнесло смертный приговор над этими устаревшими порядками. Проблема всей индустрии состоит в том, чтобы найти источники силы, которая была бы неистощима и возобновлялась бы с возможно меньшей затратой труда. До сих пор мы создавали пар посредством химической энергии сжигаемого каменного угля; но каменный уголь добывается нелегко, и запас его убывает с каждым днем. Надо подумать о том, чтобы воспользоваться солнечной теплотой и жаром, содержащимся внутри земли. Не без основания существует надежда на возможность безграничной эксплуатации этих источников. Просверлить шахту глубиною в 3–4 тысячи метров представляется возможным не только для будущих, но и для современных инженеров. Таким путем был бы открыт источник какой угодно теплоты и какой угодно промышленной работы; а если присоединить сюда еще энергию воды, то можно заставить двигаться всевозможные машины и этот источник силы спустя сотни лет вряд ли обнаружил бы заметное уменьшение.

При помощи земной теплоты были бы разрешены многочисленные химические проблемы, в том числе величайшая химическая проблема — изготовление питательных веществ химическим путем. В принципе этот вопрос уже решен, синтез жиров и масел уже давно известен, сахар и углеводы тоже уже синтезируются, и скоро найдут также способ соединения азотистых веществ. Проблема питательных веществ является чисто химической проблемой; в тот день, когда найдут соответственный дешевый источник силы, станут приготовлять пищу всех родов, добывая углерод из углекислоты, водород и кислород из воды и азот из воздушной атмосферы. То, что до сих пор делали растения, будет совершать промышленность, и притом еще лучше, чем природа. Наступит время, когда каждый будет иметь при себе в кармане коробочку с химическими веществами, которыми он будет удовлетворять потребности своего организма в белке, жире и углеводах независимо от времени дня и года, дождя и засухи, морозов, града и вредных насекомых. И тогда наступит переворот, который сейчас трудно себе представить. Пахотные поля, виноградники и луга исчезнут. Характер и моральные качества человека улучшатся, ибо он не будет более жить убийством и истреблением живых существ. Тогда же исчезнет также различие между плодородными и неплодородными местностями, и, быть может, пустыни станут любимым местопребыванием человека, так как там здоровее жить, чем на зараженной наносной почве и в болотных, сырых равнинах, где теперь занимаются земледелием. В то же время достигнет своего полного развития искусство вместе со всеми прочими красотами человеческого существования. Земля не будет более исковеркана, так сказать, геометрическими фигурами, проводимыми земледелием, а превратится в сплошной сад, в котором смогут свободно произрастать травы и цветы, кустарники и леса и в котором человеческий род будет жить в изобилии, в царстве золотого века. Человек не впадет от этого в леность и разврат. Счастье невозможно без труда, и человек будет работать столько же, как и прежде, ибо он будет трудиться для себя, для своего умственного, нравственного и эстетического усовершенствования.

Каждый читатель может считать в этой речи Вертело верным то, что ему угодно, но несомненно то, что в будущем благодаря разностороннему прогрессу доброкачественность, количество и разнообразие предметов увеличатся в неизмеримой степени и что жизненные удобства будущих поколений улучшатся так, как мы это едва ли можем себе представить.

Профессор Элиу Томсон сходится с Вернером Сименсом, который на берлинском конгрессе естествоиспытателей в 1887 году высказал мнение, что посредством электричества можно будет превращать химические элементы в продукты питания. Если Вернер Сименс полагал, что возможно будет, хотя и в далеком будущем, искусственно создавать углеводы, как, например, виноградный сахар и родственный ему крахмал, что даст возможность «из камней делать хлеб», то химик доктор Мейер утверждает, что возможно будет древесину превратить в источник человеческого питания. Очевидно, что мы идем навстречу новым химическим и техническим революциям. Тем временем (1890 год) Эмиль Фишер уже на деле приготовил искусственным путем виноградный и фруктовый сахар и сделал, таким образом, открытие, которое Вернер Сименс считал возможным лишь «в далеком будущем». С тех пор химия сделала дальнейшие успехи — индиго, ванилин камфора изготовляются искусственно. В 1906 году В. Лебу удалось произвести вне растения ассимиляцию угольной кислоты вплоть до сахара под действием электрического тока высокого напряжения. В 1907 году Эмиль Фишер получил сложное синтетическое тело, очень близкое к природному протеину (белку). В 1908 году Вилыптетери Бенц получили в чистом виде хлорофилл (зеленое красящее вещество растений) и доказали, что это магнезиальное соединение. Кроме того, был искусственно получен ряд важнейших веществ, играющих роль при размножении и наследовании. Таким образом, разрешение главной проблемы органической химии — получения белка — относится к области недалекого будущего.