Уничтожение противоречий между умственным и физическим трудом

Одна из потребностей, глубоко коренящаяся в человеческой природе, состоит в стремлении к свободе выбора и разнообразию занятий. Подобно тому как самое вкусное блюдо при постоянном повторении в конце концов становится отвратительным, точно так же ежедневно и однообразно повторяющаяся работа отупляет и ослабляет. Человек исполняет лишь механически то, что он обязан делать, но без всякого увлечения и наслаждения. В каждом человеке имеется ряд способностей и наклонностей, которые нужно только пробудить и развить, чтобы они при применении к делу дали самые превосходные результаты. Лишь тогда человек становится совершенным человеком. Для удовлетворения потребности каждого человека в разнообразии деятельности социалистическое общество предоставляет самую широкую возможность. Могущественный рост производительных сил в соединении со все усиливающимся упрощением самого трудового процесса сделает возможным не только значительное сокращение рабочего времени, но и облегчит также приобретение навыков в самых различных отраслях труда.

Старая система обучения уже ныне пережила себя, она существует еще и возможна только в отсталых, устаревших формах производства, как, например, в мелком ремесле. Но так как устаревшие формы производства в новом обществе исчезнут, то исчезнут также и все свойственные им порядки и формы. Их место занимают новые. Уже теперь каждая фабрика показывает нам, как мало в ней рабочих, занимающихся одной хорошо изученной специальностью. Рабочие принадлежат к самым различным профессиям, и в большинстве случаев достаточно небольшого времени, чтобы приучить их к какой-либо определенной работе, в которую они тогда, — соответственно господствующей системе эксплуатации, при продолжительном рабочем дне, без перемен и невзирая на свои наклонности — впрягаются и при машине сами превращаются в машину.[294] Подобное положение будет ликвидировано при измененной организации общества. Для приобретения навыка и упражнения в ремесле будет достаточно времени. Большие учебные мастерские, оборудованные со всеми удобствами и техническими усовершенствованиями, облегчат юным и взрослым людям обучение какой-либо специальности. Химические и физические лаборатории, удовлетворяющие всем новейшим требованиям науки, будут в их распоряжении, равным образом как и необходимое количество педагогического персонала. Лишь тогда станет вполне ясно, какое множество склонностей и способностей погибало под давлением капиталистической системы производства или же получало ложное развитие.[295]

Не только будет существовать возможность считаться с потребностью в разнообразии труда, но удовлетворение этой потребности станет целью общества, ибо на этом основано гармоническое развитие человека. Профессиональные физиономии, встречающиеся в современном обществе — Состоит ли данная профессия в определенной односторонней работе какого-либо рода или в бездельничаньи, — постепенно исчезнут. В настоящее время существует крайне незначительное число людей, имеющих возможность разнообразить свою деятельность. Изредка встречаются счастливцы, которые благодаря особым обстоятельствам избавились от однообразия своей профессии и которые после физической работы отдыхают, занимаясь умственным трудом. И, наоборот, встречаются лица, занятые умственным трудом и в то же время занимающиеся каким-либо ремеслом, садоводством и т. д. Каждый гигиенист подтвердит благотворное влияние деятельности, основанной на смене умственного и физического труда; лишь такая деятельность естественна. (Предполагается, что она совершается в меру и соответствует индивидуальным силам.)

В своем сочинении «Значение науки и искусства» Л. Толстой бичует гипертрофический и неестественный характер, который приняли наука и искусство в связи с неестественностью нашего общества. Он осуждает самым суровым образом презрение к физической работе, столь распространенное в современном обществе, и советует возвратиться к естественным отношениям. Каждому человеку, желающему жить естественной и полной жизнью, следует проводить день, во-первых, в физическом труде, во-вторых, заниматься ремесленным трудом, в-третьих, заниматься умственным трудом, в-четвертых, иметь духовные связи с образованными людьми. Физический труд должен продолжаться не более восьми часов. Толстой, осуществляющий на деле такой образ жизни и, с тех пор как он его осуществляет, чувствующий себя, как он говорит, впервые человеком, упускает лишь из виду, что то, что возможно для него, независимого человека, невозможно при современных условиях для большинства людей. Человек, принужденный заниматься тяжелым физическим трудом по десять, двенадцать и более часов в день, чтобы обеспечить себе жалкое существование, и выросший в невежестве, не может создать себе толстовский образ жизни. Не могут сделать этого и те, которые борются за существование и вынуждены подчиняться требованиям этой борьбы, а те немногие, которые могли бы подражать Толстому, в своем громадном большинстве не чувствуют в этом никакой потребности. Вера в возможность изменения общества путем проповеди и примера представляет собою одну из тех иллюзий, которыми увлекается Толстой. Те опыты, которые были сделаны Толстым в его образе жизни, доказывают его разумность; но для того чтобы ввести такой образ жизни как общее правило, необходимы другие социальные отношения, необходимо новое общество.

Будущее общество будет иметь такие отношения, оно будет располагать учеными и художниками всякого рода в неисчислимом множестве, но каждый из них будет известную часть дня работать физически, а остальное время посвящать своим занятиям и искусствам, также духовным сношениям с людьми согласно вкусам и наклонностям.[296]

Таким образом, существующая противоположность между умственным и физическим трудом, противоположность, которую господствующие классы всемерно обостряют, чтобы обеспечить за собой также и духовное средство господства, должна быть уничтожена.