Предисловие

Книга А. Бебеля «Женщина и социализм» заслуженно снискала себе славу настольной книги женского рабочего движения. Она является выдающимся произведением научного социализма.

Вождь германского рабочего класса и виднейший деятель международного рабочего движения Август Бебель по достоинству оценил активное участие женщин в освободительной борьбе трудящихся.

«…Не было ни одного значительного движения в мире, — говорил Бебель, — в котором женщины не выступали как борцы и мученицы» (97[1]).

Бебель уделял большое внимание нуждам и запросам женщин-работниц — этой наиболее обездоленной и угнетенной части пролетариата. Он первый из рабочих-парламентариев мира поднял в 1869 году в германском рейхстаге вопрос о законодательной охране женского труда и материнства. В своих мемуарах Бебель с удовлетворением рассказывает об организованном им в Лейпциге в 1876 году многолюдном предвыборном собрании, на котором он сделал доклад о положении женщины в современном государстве и ее отношении к социализму.

«Женщины, — пишет об этом собрании Бебель, — присутствовали в очень большом числе. Я, между прочим, объяснил им, почему они должны принять живейшее участие в предстоящих выборах. Не имея избирательного права, они должны все-таки примкнуть активно к избирательной борьбе и побуждать своих мужей и родственников голосовать за социал-демократию, которая отстаивает политическое и социальное равенство женщин. Это было первое собрание, на котором женщины призывались к политической деятельности».[2]

По инициативе Бебеля требование охраны женского труда было внесено в программу германской социал-демократической партии, принятую на объединительном съезде в Готе.

В своей партийной работе Бебель неустанно боролся с предрассудками в отношении к общественной деятельности женщин, с недооценкой женского вопроса. Он разработал теорию и тактику женского рабочего движения.

К теоретической разработке женского вопроса Бебель подошел как «опытный практический вождь… чуткий к запросам революционной борьбы социалист».[3]

Книга «Женщина и социализм» содержит четкие и ясные ответы на вопросы, выдвинутые женским рабочим движением перед социалистическими партиями.

Начатая Бебелем в годы его пребывания в тюрьме, эта книга вышла в свет в 1879 году — ровно через год после издания в Германии исключительного закона против социалистов, направленного против рабочего движения. На основании этого закона социалисты подвергались репрессиям, а социалистическая литература конфисковывалась. Но и в нелегальных условиях книга, отвечающая насущным нуждам социалистического рабочего движения, быстро дошла до своего читателя. И ныне это фундаментальное произведение научного социализма сохранило свое значение как могучее оружие в борьбе за полное освобождение женщины от капиталистического рабства, за победу социализма над капитализмом.

Разработку многостороннего женского вопроса Бебель начинает с анализа его классового, политического значения. В историческую миссию пролетариата, говорит он, входит не только собственное освобождение, но освобождение всех остальных угнетенных, а, следовательно, и женщин.

Женское рабочее движение является неразрывной частью классовой борьбы пролетариата. «Классовая противоположность, которая разделяет класс капиталистов и класс рабочих и которая при обострении наших отношений развивается все сильнее, проявляется… и в женском движении» (43).

Ограниченность буржуазного женского движения (феминизма) состоит в том, что представительницы его верят в достижение полного правового равенства полов в условиях капитализма. Но если бы, указывает Бебель, буржуазный феминизм осуществил даже все свои требования, то этим не уничтожились бы ни капиталистическое рабство женщины-труженицы, ни проституция, ни экономическая зависимость большинства женщин от мужчин» Для огромного большинства женщин «безразлично, удастся ли нескольким тысячам женщин более состоятельных слоев общества пройти высшее учебное заведение, получить медицинскую практику или сделать научную или служебную карьеру, — это ничего не изменит в общем, положении их пола» (42–43).

Не то — пролетарское женское движение, задачей которого является борьба не только за правовое равенство полов, но, прежде всего за уничтожение двойного рабства женщины-работницы, за ликвидацию экономической зависимости женщины от мужчины, за государственную охрану материнства и детства, то есть за полное решение женского вопроса, в чем заинтересован весь женский пол. Это разрешение женского вопроса, поясняет Бебель, совпадает с разрешением рабочего вопроса. Поэтому тот, кто стремится к разрешению женского вопроса во всем его объеме, должен идти рука об руку с теми, кто начертал на своем знамени борьбу за социализм.

«Женщина-пролетарий должна… вместе с мужчиной-пролетарием, ее товарищем по классу и судьбе, вести борьбу за коренное преобразование общества…» (44).

С другой стороны, рабочий, обладающий классовым сознанием, должен объяснить «женщине ее положение в обществе и воспитать ее как союзника в совместной освободительной борьбе пролетариата против капитализма» (156).

Вопрос о соотношении ближайших и конечных целей пролетарского женского движения Бебель решает в полном соответствии с общей тактикой социалистического рабочего движения: борьба за демократические требования, в принципе осуществимые в капиталистическом обществе, составляет программу-минимум, а полное решение женского вопроса — программу-максимум.

Отсюда и отношение пролетарок к буржуазному женскому движению. Поскольку последнее ставит задачи борьбы за равноправие полов и соответствующие демократические преобразования в капиталистическом обществе, «враждебные сестры» «могут вести борьбу, маршируя отдельно, но сражаясь вместе».

Первый раздел книги «Женщина и социализм» посвящен исследованию положения женщины в прошлом.

Руководствуясь историческим материализмом и опираясь на новые научные данные о положении женщины в древнейшие времена, открытые Бахофеном, Морганом, дополненные и разработанные на основе материалистической диалектики в труде Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», Бебель исследует место и роль женщину в обществе и семье, показывает обусловленность ее общественного положения материальными условиями жизни общества. Это исследование начинается со смены матриархата патриархатом, откуда главным образом берет свое начало закрепощение женщины. На большом историческом материале здесь ярко и убедительно показано, как общественные отношения, созданные частной собственностью на средства производства, наложили тяжелые оковы на женщину, ограничили возможности ее культурного развития, поставили ее в экономическую зависимость от мужчины, унизили ее человеческое достоинство.

Развитие ремесел и товарного хозяйства сделали мужчину господином и собственником богатств семьи, а женщина стала служанкой мужчины, матерью его детей — законных наследников его имущества.

«Господство частной собственности утвердило подчинение женщины мужчине. Началось время принижения женщины, и даже презрения к ней» (72).

Центральное место в книге занимает вторая ее часть — «Женщина в настоящем», показывающая положение женщины в капиталистическом обществе. Это страницы изумительного сочетания науки и революционной страстности с литературным мастерством. На огромном фактическом материале раскрывается потрясающая картина двойного рабства женщины-пролетарки, двойной буржуазной морали, ханжества, проституции, иллюзорности буржуазного равенства.

Казалось бы, что, предоставив женщине «равное право» работать на капиталистических предприятиях и сделав ее, таким образом, экономически самостоятельной, капитализм должен был раскрепостить женщину, поднять ее человеческое достоинство. Но в действительности произошло обратное: капитализм поработил женщину вдвойне.

Используя предрассудки против женщины и ее меньшую по сравнению с мужчиной способность сопротивляться наступлению капитала на рабочий класс, капитализм подвергает женский труд самой жестокой эксплуатации, а нужда заставляет женщину работать на капиталиста до полного изнурения.

«Домашняя работа, — объясняет Бебель, — приучила женщину не знать никакой меры во времени для своего труда, я она без всякого сопротивления позволяет предъявлять к себе повышенные требования… Женщина, кроме того, более, чем мужчина, прикреплена к своему месту жительства… Добродетельный капиталист умеет очень хорошо оценивать эти женские качества» (266, 263).

«Женщина все более привлекается к промышленному труду…» и в том числе «…к любой деятельности, где эксплуатация может выжать из нее более высокую прибыль. А сюда принадлежат как самый тяжелый, так и самый неприятный и самый опасный для здоровья труд».

Бебель саркастически замечает по адресу буржуазных моралистов, что «здесь сводится к своему истинному значению фантастическое представление о женщине как о нежном, чутком существе» (282).

Пользуясь статистическими данными и отчетами фабричных инспекторов, Бебель показывает, как работа на фабрике калечит здоровье женщин, укорачивает их жизнь и губит их детей.

«Если в прусском государстве из живорожденных детей в среднем умерло 22 процента в продолжение первого года жизни, то… на детей покрывательниц зеркал падает 65 процентов смертности, шлифовщиц стекла — 55 процентов, работниц оловянного производства — 40 процентов. В 1890 году из 78 рожениц, работавших в типографиях в округе Висбадена, только у 37 были нормальные роды» (284).

При всем этом работница за свой труд получает заниженную заработную плату «даже и там, где женщина выполняет одинаковую с мужчиной работу» (279).

Много воды утекло с тех пор, как были написаны эти страницы Женщины большинства капиталистических стран добились как будто многих прав по закону. Но фактическое положение женщин-работниц капиталистического мира в общем представляет и поныне такую же картину, какая описана Бебелем. Империализм только умножил лишения женщин-тружениц новыми, еще более изощренными методами эксплуатации.

Характеризуя женский труд в капиталистических странах, докладчица на Всемирной конференции трудящихся женщин (1956 год) Жермен Гийе отметила, что «в капиталистических, колониальных и полуколониальных странах женщины, работающие в промышленности, обычно имеют самую низкую квалификацию. За некоторым исключением, они являются разнорабочими, специализированными работницами (одна операция в производственном процессе. — В. Б.) и очень редко становятся квалифицированными работницами».

«Число нервных и душевных заболеваний в результате интенсификации труда увеличивается в угрожающих размерах». Так, в департаментах Севера, в которых сконцентрировано большое число работниц текстильной промышленности, количество душевнобольных за последние несколько лет увеличилось по сравнению с предыдущими годами втрое, а смертность детей здесь вдвое превышает детскую смертность по всей Франции.

Конференция отметила, что в капиталистическом мире повсюду нарушается принцип равной оплаты за равный труд мужчин и женщин, хотя этот принцип формально содержится в законодательстве многих буржуазных государств.

В журнале «Всемирное профсоюзное движение» (1956, № 2) приведены многочисленные данные о неравной оплате равного труда мужчин и женщин в капиталистических странах как источнике сверхприбылей монополистов.

Так, канадская компания «Кэнэдиен дженерал электрик» только на одном заводе, где занято 2800 женщин (=40 % всех рабочих), ежегодно наживает на этом 1 164 800 долларов.

Перегруженность и тяжелые условия жизни трудящихся женщин капиталистических стран «вызывают быстрый рост заболеваемости, инвалидности и преждевременной старости… Одной из особо недопустимых форм дискриминации в отношении трудящихся женщин является предпочтение использовать на работе незамужних женщин, увольнение последних, когда они выходят замуж, а также увольнение беременных женщин и принуждение к подписанию соглашения, согласно которому женщина в случае замужества может быть уволена без предупреждения».[4]

Так монополисты беззастенчиво обходят широковещательные законы об охране материнства и младенчества, принятые в ряде капиталистических стран в послевоенные годы.

Как живо звучат теперь слова Бебеля, что поскольку все эти варварские, неестественные условия труда женщин «коренятся в сущности буржуазного общества и все более ухудшаются…то из этого видно, что буржуазное общество не способно уничтожить это зло и освободить женщину. Для этого… необходим другой общественный строй» (225).

Страницы, посвященные анализу корней проституции и борьбы с этим бедствием в буржуазном обществе, являются обвинительным актом против капиталистического строя и буржуазной морали.

Анализ причин проституции и средств борьбы с ней в условиях капиталистического строя Бебель заключает выводом, что проституция присуща самой природе капитализма и никакими средствами, тем более полицейскими или благотворительными, ее невозможно искоренить, пока существует строй эксплуатации человека человеком.

«Проституция… является для буржуазного общества необходимым социальным учреждением, подобно полиции постоянному войску, церкви, предпринимательству» (227).

Голодная плата вынуждает работниц делаться проститутками. Именно здесь видит Бебель главный источник этого зла. Число проституток, пишет он, растет в той же мере, в какой растет число женщин, «получающих заработную плату, слишком высокую, чтобы умереть, и слишком низкую, чтобы жить» (248). Для торговли живым товаром капиталистический строй создает все условия, как экономические, так и нравственные.

Разоблачением двойной буржуазной морали Бебель сделал неоценимый вклад в дело освобождения человеческой личности женщины. По справедливому замечанию видной деятельницы международного женского рабочего движения А. М. Коллонтай, ради одних этих страниц следовало бы не только работницам, но и женщинам других классов и слоев населения воздвигнуть в своих сердцах вечный памятник Бебелю.

Бебель выступает и против буржуазной теории биологической неполноценности женщины и ее «естественной» склонности к домоводству. Эта лжетеория уже давно опровергнута. Но империалисты часто пользуются разным обветшалым хламом в целях подтверждения тех или иных выгодных им положений.

Напуганная мощным демократическим женским движением, широко развернувшимся в послевоенные годы, империалистическая реакция призвала себе на помощь современных мракобесов, которые клевещут на женщин, пользуясь аргументами таких «маститых» буржуазных теоретиков XIX века, как физиолог Бишоф, антрополог Ломброзо, философ Шопенгауэр, — этих фанатичных противников равноправия женщины с мужчиной.

Они, говорит Бебель об этих ученых, видят в женщине «лишь половое существо, но никогда не замечают в ней существа общественного» (205).

Содержащаяся в книге Бебеля критика Бишофа, Ломброзо, Шопенгауэра звучит и в наши дни.

В резолюции IV конгресса Международной демократической федерации женщин (1958 год) говорится:

«Исходя из принципа равенства, изложенного в Уставе ООН и Декларации прав человека, Конгресс призывает национальные организации проводить неустанную борьбу против теорий о том, что доход работающей женщины является вспомогательным и что воспитание детей и ведение домашнего хозяйства является единственным и естественным призванием женщины. Эти неправильные идеи направлены на то, чтобы оправдать все формы дискриминации против трудящейся женщины и сохранить неравноправное положение женщины в обществе и семье».

В этой острой идеологической борьбе очень важное значение имеет полное глубокого смысла замечание Бебеля об «общественном мнении» буржуазного общества относительно человеческих достоинств женщины.

В буржуазном обществе, говорит Бебель, женщина занимает второе место. Сначала мужчина, потом она. Все это так глубоко вбито в сознание людей, что «весь мужской род считает такое положение в порядке вещей, а большинство женщин смотрит на это до сих пор, как на неизбежность судьбы. В этом представлении отражается все положение женщины» (141).

Только в социалистическом обществе, говорит Бебель, где полностью отсутствует эксплуатация человека человеком и ничто не препятствует полному развитию человеческих достоинств и умственных дарований женщины, где социальные условия будут одинаковы для обоих полов, канет в вечность вместе с двойным рабством женщины и антагонизм полов.

В социалистическом обществе «женщина подымется на высоту полного совершенства, о котором у нас еще нет никакого правильного представления, так как до сих пор в истории развития человечества не было такого состояния» (299).

Успехи раскрепощения женщины в странах социалистического лагеря блестяще подтвердили основное положение Бебеля, что только социализм полностью освободит женщину как труженицу, как мать и как человека.

Это логически вытекает из разностороннего анализа положения женщины в истории эксплуататорских обществ, из основательного изучения положения женщины в капиталистическом обществе.

Теоретические выводы, обобщающие опыт женского рабочего движения в новую историческую эпоху, дал В. И. Ленин, развивший дальше марксистскую теорию женского вопроса.

Анализируя опыт женского освободительного движения в эпоху империалистических войн и пролетарских революций, В. И. Ленин показал огромное значение женских резервов пролетарской революции для победы и укрепления диктатуры пролетариата. Ленинское учение о раскрепощении женщины в социалистическом обществе обогатило научный социализм новыми положениями об условиях осуществления социалистической демократии, победы социалистического строя, строительства коммунистического общества.

В последнем разделе книги — «Женщина в будущем» — Бебель сделал попытку наметить конкретные пути раскрепощения женщины. Но здесь наряду с интересными и полностью сбывшимися указаниями о путях освобождения женщины в социалистическом обществе содержится и ошибочное положение, касающееся конкретных путей раскрепощения женщины в быту.

Преувеличивая значение механизации домашнего хозяйства (электропечи, пылесосы и др.) в капиталистическом обществе для раскрепощения женщины-труженицы, Бебель усматривал в этом «революционный процесс» освобождения женщины.

«Революционное преобразование, — говорил он по этому поводу, — коренным образом изменяющее все условия жизни людей и в особенности положение женщин, уже совершается, таким образом, на наших глазах. Когда общество возьмется за это преобразование в самых широких размерах, еще более ускорит и обобщит этот процесс преобразования и тем самым привлечет всех без исключения к пользованию его бесчисленными благами — это только вопрос времени» (538).

Получается, что техника сама по себе, независимо от экономического строя общества, становится фактором «революционного преобразования» общества. Это противоречит положению, высказанному в этой же книге самим Бебелем, где говорится о значении для трудящихся технического прогресса в капиталистическом обществе. «Нелепость и вопиющее зло, — читаем мы здесь, — состоит в том, что прогрессом культуры и ее приобретениями, составляющими продукт всего общества, пользуются лишь те, которые в силу своей материальной власти могут их себе присваивать. Тысячи же прилежных работников, работниц, ремесленников и т. д. постоянно полны ужаса и заботы, как бы человеческий гений не сделал нового изобретения… тогда они окажутся ненужными и излишними и будут выброшены на улицу» (287–288).

Ленин неоднократно указывал, что если бы технический прогресс в капиталистическом обществе вел к улучшению жизни трудящихся, то капитализм перестал бы быть капитализмом.

Он особо подчеркивал неразрывную связь освобождения женщины с уничтожением капиталистического строя.

«…Главный шаг, — говорил Ленин, — отмена частной собственности на землю, фабрики, заводы. Этим и только этим открывается дорога для полного и действительного освобождения женщины; освобождения ее от «домашнего рабства» путем перехода от мелкого одиночного домашнего хозяйства к крупному обобществленному».[5]

Но даже с учетом ошибок Бебеля по вопросу о положении женщины в будущем, его книга сохраняет свою ценность в борьбе за полное освобождение женщины.

Говоря о славной деятельности «гениального токаря», (то есть Бебеля), Плеханов особо отметил как его заслугу перед международным рабочим движением разработку теории женского вопроса в книге «Женщина и социализм», выдержавшей до шестидесяти изданий в Германии и переведенной едва ли не на все языки цивилизованного мира.

В. Бильшай